Гоп стоп что это значит

Что значит «гоп-стоп»? Я ЧАСТО СЛЫШУ ТАКУЮ ФРАЗУ:ГОП-СТОП НЕ ОТХОДЯ ОТ КАССЫ. Что это значит?

Гоп-стоп — сленговое название уличного нападения (грабёж) с целью хищения имущества потерпевшего, совершённое с применением насилия, либо с угрозой применения насилия.

Сами себя «гопниками» не называют, и обычно характеризуются самоназванием «нормальные пацаны», «реальные пацаны» или «правильные пацаны». Слово «гопник» в отношении к себе считают унизительным. Себе гопники противопоставляют т. н. «лохов», однако в среде гопников чёткого определения «лоха» не существует. В связи с этим, название «лох» используется гопниками, в зависимости от того, выгодно ли это гопнику или нет, и может применяться даже по отношению к другим гопникам. Помимо этого, представители прослойки гопников отличаются выраженной агрессией против членов общества, чье мировоззрение ориентированно на прогрессивный образ жизни, интеллигенцию и т. н. «западные ценности» (например, против ориентированных на западную культуру «неформалов», «оппозиционеров»), а также других представителей общества, имеющих более высокое социальное положение, по сравнению с гопниками.

В отличие от большинства неформальных объединений молодёжи (например, хиппи, панков, рокеров), гопники не присваивали остальному населению каких-либо названий и не выделяли себя в отдельную группу относительно всего населения [5], из чего следует, что они не осознавали себя как субкультуру.

Исследователь Елена Бессонова отмечает, что в начале Перестройки гопники были единственными из субкультур молодёжной среды, кто не увлекался никакой музыкой [4]. Позже представители субкультуры были склонны к блатной музыке, русскому шансону (Михаил Круг, группа «Бутырка», Сергей Наговицын). Также многие предпочитают «попсу» (поп-музыку), «памп» (pumping house) и «пацанский рэп».

В большинстве молодёжных субкультур характерно неприязненное отношение к гопникам, доходящее до крайнего антагонизма.

Слово получило широкое распространение в конце 1980-х годов по отношению к тем представителям молодёжи, для которой хищение имущества на улице было, как отмечает саратовский исследователь Елена Бессонова, «частью имиджа, средством развлечения и способом поддержания авторитета». По мнению исследователя, в 1990-х годах появились «гопы», для которых всё характерное для жизни их «прародителей», к которым автор относит уголовников, стало «своего рода философией жизни, мировоззрением, способом позиционировать себя в обществе». Однако, Бессонова отмечает, что в отличие от уголовников, «для современного гопа, по преимуществу, важнее попытаться напугать и унизить человека, испытать над ним свою власть, а потом уже — присвоить его деньги» [4]. Близость к криминальному миру предопределила использование воровского жаргона и ненормативной лексики.

Как отмечает кандидат социологических наук Рамиль Ханипов, «Городской центр по профилактике безнадзорности и наркозависимости несовершеннолетних Санкт-Петербурга обозначает гопников в качестве „неформальных объединений“ и включает их в раздел „агрессивы“.

Источник

Значение слова «гоп-стоп»

гоп-сто́п

1. жарг. то же, что грабёж [1]; нападение с целью хищения имущества потерпевшего, совершённое с применением насилия, либо с угрозой применения насилия ◆ Как утверждают подростки, в их районе до сотни скинхедов, занимающихся «гоп-стопом» — мелким грабежом ровесников — и убеждённых в том, что тем самым они борются за чистоту нации. Анвар Тавобов, «Террор несовершеннолетних», 2002 г. // «Вечерняя Москва» (цитата из НКРЯ)

Делаем Карту слов лучше вместе

Привет! Меня зовут Лампобот, я компьютерная программа, которая помогает делать Карту слов. Я отлично умею считать, но пока плохо понимаю, как устроен ваш мир. Помоги мне разобраться!

Спасибо! Я обязательно научусь отличать широко распространённые слова от узкоспециальных.

Насколько понятно значение слова эконометрика (существительное):

Источник

Откуда пошло выражение «гоп-стоп»?

«Гоп-стоп, мы подошли из за угла …»

Вот первая из версий: В конце XIX века в Петербурге, на углу Лиговской улицы и Невского проспекта (нынешняя гостиница Октябрьская, Лиговский пр., 10), было открыто Городское общество призрения, иными словами, приют для нищих, бездомных и сирот («призор» — забота, попечение). Туда как правило доставлялись и беспризорники, промышлявшие мелкими кражами на близлежащем Николаевском (ныне Московском) вокзале.

В том же здании после революции расположилось Городское общежитие пролетариата, где по обыкновению селились крестьяне и люмпены, хлынувшие в Петроград со всей России после падения царского режима. Довольно быстро общежитие пролетариата было обращено его обитателями в бандитский клуб, внутри которого царили воровские законы. Благодаря ГОПу преступность на без того криминогенной Лиговке увеличилась в несколько раз, а самих обитателей ГОПа жители Петрограда стали называть гопниками. На эту тему даже появилась поговорка: «количество гопников измеряется в лигах».

Также существует более вероятное предположение, что слово «гопник» появилось до революции и не обязательно в Петрограде, поскольку общества (дома) призрения располагались по всей стране, а контингент, обитавший в таких приютах, везде был примерно одинаков.

Еще в конце 20-х годов босяцкая братия называла ночлежки «старорежимным» словечком «гоп», а их обитателей — «гопниками» или «гопой». В «Республике ШКИД» Л. Пантелеева и Г. Белых молодая учительница, желая пригрозить не в меру расходившимся воспитанникам, грозно прикрикивает на них:
— Вы у меня побузите только. Я вам… Гопа канавская!

А рассказывая о странствиях одного из пацанов, авторы пишут:

Королев все лето «гопничал», ездил по железным дорогам с солдатскими эшелонами, направлявшимися на фронт.

Не стоит забывать и о понятии «гоп-стоп», которое вряд ли обязано своим происхождением городским обществам призрения. «Гоп-стоп» на воровском жаргоне означает молниеносный уличный грабеж, часто с применением насилия, когда жертва «берется на испуг» («пойти на гоп-стоп», «взять на гоп-стоп»), — излюбленный прием шпаны 20-х, а также 40-х и 90-х.

Именно из-за молниеносности этот вид уличного грабежа в старину называли «гоп со смыком»: согласно словарю Даля, слово «гоп» выражает прыжок, скачок или удар…, гопнуть, прыгнуть или ударить. (Пословица: Не говори «гоп», пока не перепрыгнешь). «Смык» же, по Далю — синоним словечка «шмыг», образованного от глагола «смыкнуть» («шмыгнуть»). Отсюда, «гоп со смыком» — мгновенный грабеж с наскоком (ударом) с целью запугать, ошеломить жертву, и таким же мгновенным исчезновением. «Гоп-стоп» же, по сути — императив, требование остановиться, обращенное к жертве, а уличных грабителей и до сих пор иногда называют «гопстопниками».

Что такое Гоп-со-смыком? Так в Одессе раньше называли скрипачей. Смык — это смычок. Но это ещё была и кличка известного вора-домушника, который под видом музыканта ходил по богатым свадьбам, и когда гости все напивались так, что им уже становилось не до музыки, спокойно очищал дом или квартиру.

Версия блестящая! Слово «смык» действительно имеет значение «смычок». Однако вовсе не его имели в виду весёлые «уркаганы»…
На самом деле выражение «гоп со смыком» связано с уголовной «специальностью» уркаганов — так называемым «гоп-стопом». «Гоп-стоп» — это уличный грабёж «на испуг», когда босяк внезапно налетает на жертву, ошеломляя её, обчищает (часто — с применением насилия) — и так же внезапно исчезает. Этот приём и назывался в старину «гоп со смыком». Слово «гоп», согласно «Толковому словарю» Владимира Даля, «выражает прыжок, скачок или удар…, гопнуть, прыгнуть или ударить». А «смык» в данном сочетании с «гоп» обозначает вовсе не смычок, а — согласно тому же Далю — является синонимом слова «шмыг» и образован от глагола «смыкнуть» («шмыгнуть»).
То есть «гоп со смыком» — это мгновенный наскок с ударом и быстрым исчезновением нападавшего. А реплика «гоп-стоп» была обращена непосредственно к жертве и означала требование остановиться. Примерно в этом же смысле она нередко используется и теперь: с целью обратить внимание на себя. Например — «Гоп-стоп, Дима, не проходите мимо!».

В словаре уголовных терминов читаем:

Гоп — место, где можно переночевать за небольшую плату.
Гоп-стоп — грабеж.
Гопник, гопушник — грабитель-гастролер.

Таким образом, жители нэповского Петрограда вкладывали в понятие «гопник» несколько значений и в первую очередь — «уличный грабитель, хулиган». А акроним ГОП — Городское общежитие пролетариата — удачно дополнил слово «гопник» еще одним — локальным — значением и в очередной раз красноречиво продемонстрировал гений большевистской мысли в деле составления аббревиатур.

Источник

гоп-стоп

Смотреть что такое «гоп-стоп» в других словарях:

гоп-стоп — ГОП СТОП, гоп стопа, м. Ограбление, кража. Взять на гоп стоп кого что ограбить, обворовать. Из уг. в том же зн.; Ср.: гопота гопник … Словарь русского арго

гоп-стоп — кража, ограбление Словарь русских синонимов. гоп стоп сущ., кол во синонимов: 2 • кража (19) • ограбл … Словарь синонимов

ГОП-СТОП — Брать/ взять на гоп стоп кого, что. Жарг. угол. Грабить кого л. СВЯ, 15; Балдаев 1, 45; ТСУЖ, 31; Росси 1, 84. Выйти на гоп стоп. Жарг. угол. Подготовиться к грабежу, поджидая жертву в определенном месте. ТСУЖ, 36. /em> Гоп стоп ограбление … Большой словарь русских поговорок

ГОП-СТОП — грабеж среди улицы. Ни один уважающий себя блатной до 1917 года не унижался до того, чтобы раздевать людей. Этим некогда промышляли только гопники, отсюда и название. В наши дни подобным видом ограблений, как правило, также занимаются не люди,… … Большой полутолковый словарь одесского языка

Гоп-стоп (фильм) — Гоп стоп … Википедия

гоп-стоп — виг., жарг., заст. Те саме, що гоп 3) … Український тлумачний словник

гоп-стоп — угол. уличный разбой … Универсальный дополнительный практический толковый словарь И. Мостицкого

гоп-стоп — грабеж, вооруженный налет … Воровской жаргон

Выйти на гоп-стоп — Жарг. угол. Подготовиться к грабежу, поджидая жертву в определенном месте. ТСУЖ, 36. /em> Гоп стоп ограбление … Большой словарь русских поговорок

Источник

masterok

Мастерок.жж.рф

Хочу все знать

«Гоп-стоп, мы подошли из за угла …»

Вот первая из версий: В конце XIX века в Петербурге, на углу Лиговской улицы и Невского проспекта (нынешняя гостиница Октябрьская, Лиговский пр., 10), было открыто Городское общество призрения, иными словами, приют для нищих, бездомных и сирот («призор» — забота, попечение). Туда как правило доставлялись и беспризорники, промышлявшие мелкими кражами на близлежащем Николаевском (ныне Московском) вокзале.

В том же здании после революции расположилось Городское общежитие пролетариата, где по обыкновению селились крестьяне и люмпены, хлынувшие в Петроград со всей России после падения царского режима. Довольно быстро общежитие пролетариата было обращено его обитателями в бандитский клуб, внутри которого царили воровские законы. Благодаря ГОПу преступность на без того криминогенной Лиговке увеличилась в несколько раз, а самих обитателей ГОПа жители Петрограда стали называть гопниками. На эту тему даже появилась поговорка: «количество гопников измеряется в лигах».

Также существует более вероятное предположение, что слово «гопник» появилось до революции и не обязательно в Петрограде, поскольку общества (дома) призрения располагались по всей стране, а контингент, обитавший в таких приютах, везде был примерно одинаков. Так, известный исследователь блатного жаргона Фима Жиганец в своем труде «Жемчужины босяцкой речи» говорит:
Еще в конце 20-х годов босяцкая братия называла ночлежки «старорежимным» словечком «гоп», а их обитателей — «гопниками» или «гопой». В «Республике ШКИД» Л. Пантелеева и Г. Белых молодая учительница, желая пригрозить не в меру расходившимся воспитанникам, грозно прикрикивает на них:
— Вы у меня побузите только. Я вам… Гопа канавская!

А рассказывая о странствиях одного из пацанов, авторы пишут:

Королев все лето «гопничал», ездил по железным дорогам с солдатскими эшелонами, направлявшимися на фронт.

Не стоит забывать и о понятии «гоп-стоп», которое вряд ли обязано своим происхождением городским обществам призрения. «Гоп-стоп» на воровском жаргоне означает молниеносный уличный грабеж, часто с применением насилия, когда жертва «берется на испуг» («пойти на гоп-стоп», «взять на гоп-стоп»), — излюбленный прием шпаны 20-х, а также 40-х и 90-х.

Именно из-за молниеносности этот вид уличного грабежа в старину называли «гоп со смыком»: согласно словарю Даля, слово «гоп» выражает прыжок, скачок или удар…, гопнуть, прыгнуть или ударить. (Пословица: Не говори «гоп», пока не перепрыгнешь). «Смык» же, по Далю — синоним словечка «шмыг», образованного от глагола «смыкнуть» («шмыгнуть»). Отсюда, «гоп со смыком» — мгновенный грабеж с наскоком (ударом) с целью запугать, ошеломить жертву, и таким же мгновенным исчезновением. «Гоп-стоп» же, по сути — императив, требование остановиться, обращенное к жертве, а уличных грабителей и до сих пор иногда называют «гопстопниками».

Что такое Гоп-со-смыком? Так в Одессе раньше называли скрипачей. Смык — это смычок. Но это ещё была и кличка известного вора-домушника, который под видом музыканта ходил по богатым свадьбам, и когда гости все напивались так, что им уже становилось не до музыки, спокойно очищал дом или квартиру.

Версия блестящая! Слово «смык» действительно имеет значение «смычок». Однако вовсе не его имели в виду весёлые «уркаганы»…
На самом деле выражение «гоп со смыком» связано с уголовной «специальностью» уркаганов — так называемым «гоп-стопом». «Гоп-стоп» — это уличный грабёж «на испуг», когда босяк внезапно налетает на жертву, ошеломляя её, обчищает (часто — с применением насилия) — и так же внезапно исчезает. Этот приём и назывался в старину «гоп со смыком». Слово «гоп», согласно «Толковому словарю» Владимира Даля, «выражает прыжок, скачок или удар…, гопнуть, прыгнуть или ударить». А «смык» в данном сочетании с «гоп» обозначает вовсе не смычок, а — согласно тому же Далю — является синонимом слова «шмыг» и образован от глагола «смыкнуть» («шмыгнуть»).
То есть «гоп со смыком» — это мгновенный наскок с ударом и быстрым исчезновением нападавшего. А реплика «гоп-стоп» была обращена непосредственно к жертве и означала требование остановиться. Примерно в этом же смысле она нередко используется и теперь: с целью обратить внимание на себя. Например — «Гоп-стоп, Дима, не проходите мимо!».

В словаре уголовных терминов читаем:

Гоп — место, где можно переночевать за небольшую плату.
Гоп-стоп — грабеж.
Гопник, гопушник — грабитель-гастролер.

Таким образом, жители нэповского Петрограда вкладывали в понятие «гопник» несколько значений и в первую очередь — «уличный грабитель, хулиган». А акроним ГОП — Городское общежитие пролетариата — удачно дополнил слово «гопник» еще одним — локальным — значением и в очередной раз красноречиво продемонстрировал гений большевистской мысли в деле составления аббревиатур.

Источник

Также существует более вероятное предположение, что слово «гопник» появилось до революции и не обязательно в Петрограде, поскольку общества (дома) призрения располагались по всей стране, а контингент, обитавший в таких приютах, везде был примерно одинаков. Так, известный исследователь блатного жаргона Фима Жиганец в своем труде «Жемчужины босяцкой речи» говорит:
Еще в конце 20-х годов босяцкая братия называла ночлежки «старорежимным» словечком «гоп», а их обитателей — «гопниками» или «гопой». В «Республике ШКИД» Л. Пантелеева и Г. Белых молодая учительница, желая пригрозить не в меру расходившимся воспитанникам, грозно прикрикивает на них:
— Вы у меня побузите только. Я вам… Гопа канавская!

А рассказывая о странствиях одного из пацанов, авторы пишут:

Королев все лето «гопничал», ездил по железным дорогам с солдатскими эшелонами, направлявшимися на фронт.

Не стоит забывать и о понятии «гоп-стоп», которое вряд ли обязано своим происхождением городским обществам призрения. «Гоп-стоп» на воровском жаргоне означает молниеносный уличный грабеж, часто с применением насилия, когда жертва «берется на испуг» («пойти на гоп-стоп», «взять на гоп-стоп»), — излюбленный прием шпаны 20-х, а также 40-х и 90-х.

Именно из-за молниеносности этот вид уличного грабежа в старину называли «гоп со смыком»: согласно словарю Даля, слово «гоп» выражает прыжок, скачок или удар…, гопнуть, прыгнуть или ударить. (Пословица: Не говори «гоп», пока не перепрыгнешь). «Смык» же, по Далю — синоним словечка «шмыг», образованного от глагола «смыкнуть» («шмыгнуть»). Отсюда, «гоп со смыком» — мгновенный грабеж с наскоком (ударом) с целью запугать, ошеломить жертву, и таким же мгновенным исчезновением. «Гоп-стоп» же, по сути — императив, требование остановиться, обращенное к жертве, а уличных грабителей и до сих пор иногда называют «гопстопниками».

Что такое Гоп-со-смыком? Так в Одессе раньше называли скрипачей. Смык — это смычок. Но это ещё была и кличка известного вора-домушника, который под видом музыканта ходил по богатым свадьбам, и когда гости все напивались так, что им уже становилось не до музыки, спокойно очищал дом или квартиру.

Версия блестящая! Слово «смык» действительно имеет значение «смычок». Однако вовсе не его имели в виду весёлые «уркаганы»…
На самом деле выражение «гоп со смыком» связано с уголовной «специальностью» уркаганов — так называемым «гоп-стопом». «Гоп-стоп» — это уличный грабёж «на испуг», когда босяк внезапно налетает на жертву, ошеломляя её, обчищает (часто — с применением насилия) — и так же внезапно исчезает. Этот приём и назывался в старину «гоп со смыком». Слово «гоп», согласно «Толковому словарю» Владимира Даля, «выражает прыжок, скачок или удар…, гопнуть, прыгнуть или ударить». А «смык» в данном сочетании с «гоп» обозначает вовсе не смычок, а — согласно тому же Далю — является синонимом слова «шмыг» и образован от глагола «смыкнуть» («шмыгнуть»).
То есть «гоп со смыком» — это мгновенный наскок с ударом и быстрым исчезновением нападавшего. А реплика «гоп-стоп» была обращена непосредственно к жертве и означала требование остановиться. Примерно в этом же смысле она нередко используется и теперь: с целью обратить внимание на себя. Например — «Гоп-стоп, Дима, не проходите мимо!».

В словаре уголовных терминов читаем:

Гоп — место, где можно переночевать за небольшую плату.
Гоп-стоп — грабеж.
Гопник, гопушник — грабитель-гастролер.

Источник

ГОП-СТОП

Смотреть что такое «ГОП-СТОП» в других словарях:

гоп-стоп — ГОП СТОП, гоп стопа, м. Ограбление, кража. Взять на гоп стоп кого что ограбить, обворовать. Из уг. в том же зн.; Ср.: гопота гопник … Словарь русского арго

гоп-стоп — кража, ограбление Словарь русских синонимов. гоп стоп сущ., кол во синонимов: 2 • кража (19) • ограбл … Словарь синонимов

гоп-стоп — 1. [18/0] ограбление. Уголовный жаргон 2. [11/0] Уличное нападение с целью хищения имущества, с помощью применения насилия или под угрозой насилия. И лоха ушастого греем на гоп стоп. Уголовный жаргон 3. [10/1] Грабеж среди улицы. Ни один… … Cловарь современной лексики, жаргона и сленга

ГОП-СТОП — грабеж среди улицы. Ни один уважающий себя блатной до 1917 года не унижался до того, чтобы раздевать людей. Этим некогда промышляли только гопники, отсюда и название. В наши дни подобным видом ограблений, как правило, также занимаются не люди,… … Большой полутолковый словарь одесского языка

Гоп-стоп (фильм) — Гоп стоп … Википедия

гоп-стоп — виг., жарг., заст. Те саме, що гоп 3) … Український тлумачний словник

гоп-стоп — угол. уличный разбой … Универсальный дополнительный практический толковый словарь И. Мостицкого

гоп-стоп — грабеж, вооруженный налет … Воровской жаргон

Выйти на гоп-стоп — Жарг. угол. Подготовиться к грабежу, поджидая жертву в определенном месте. ТСУЖ, 36. /em> Гоп стоп ограбление … Большой словарь русских поговорок

Источник

гоп-стоп

Смотреть что такое «гоп-стоп» в других словарях:

гоп-стоп — кража, ограбление Словарь русских синонимов. гоп стоп сущ., кол во синонимов: 2 • кража (19) • ограбл … Словарь синонимов

ГОП-СТОП — Брать/ взять на гоп стоп кого, что. Жарг. угол. Грабить кого л. СВЯ, 15; Балдаев 1, 45; ТСУЖ, 31; Росси 1, 84. Выйти на гоп стоп. Жарг. угол. Подготовиться к грабежу, поджидая жертву в определенном месте. ТСУЖ, 36. /em> Гоп стоп ограбление … Большой словарь русских поговорок

гоп-стоп — 1. [18/0] ограбление. Уголовный жаргон 2. [11/0] Уличное нападение с целью хищения имущества, с помощью применения насилия или под угрозой насилия. И лоха ушастого греем на гоп стоп. Уголовный жаргон 3. [10/1] Грабеж среди улицы. Ни один… … Cловарь современной лексики, жаргона и сленга

ГОП-СТОП — грабеж среди улицы. Ни один уважающий себя блатной до 1917 года не унижался до того, чтобы раздевать людей. Этим некогда промышляли только гопники, отсюда и название. В наши дни подобным видом ограблений, как правило, также занимаются не люди,… … Большой полутолковый словарь одесского языка

Гоп-стоп (фильм) — Гоп стоп … Википедия

гоп-стоп — виг., жарг., заст. Те саме, що гоп 3) … Український тлумачний словник

гоп-стоп — угол. уличный разбой … Универсальный дополнительный практический толковый словарь И. Мостицкого

гоп-стоп — грабеж, вооруженный налет … Воровской жаргон

Выйти на гоп-стоп — Жарг. угол. Подготовиться к грабежу, поджидая жертву в определенном месте. ТСУЖ, 36. /em> Гоп стоп ограбление … Большой словарь русских поговорок

Источник

Гоп-стоп

Гоп-стоп

Гоп-стоп — сленговое название уличного нападения (грабёж)с целью хищения имущества потерпевшего, совершённое с применением насилия, либо с угрозой применения насилия.

Преступники во многих случаях не сразу раскрывают свои намерения, а пытаются сначала «прощупать почву». Например, они могут попросить мобильный телефон жертвы, якобы с целью позвонить, а заполучив его в свои руки, наблюдая за реакцией потерпевшего («лоха»), потом принять решение оставить его себе. В данном случае деяние может квалифицироваться как мошенничество.

Само слово «гоп-стоп» вышло за пределы воровского жаргона и получило распространение в массовой культуре благодаря многочисленным песням (например, композиция Александра Розенбаума «Гоп-стоп, мы подошли из-за угла…»), фильмам и сериалам (таким, как «Бригада») и множественным упоминаниям в прессе. При этом следует отметить, что пресса не всегда правильно квалифицирует такое деяние — например, гоп-стоп часто путают с воровством или той или иной формой хулиганства. Происхождение словосочетания «гоп-стоп».Слово «гоп», согласно «Толковому словарю» Владимира Даля, «выражает прыжок, скачок или удар…, гопнуть, прыгнуть или ударить». При этом грабители часто использовали реплику-требование «Гоп-стоп!», которая была обращена к жертве и означала требование остановиться. Примерно в этом же смысле она нередко используется и теперь: с целью обратить внимание на себя.

Примечания

Выражение гопстануть- ограбить!

Ссылки

См. также

Полезное

Смотреть что такое «Гоп-стоп» в других словарях:

гоп-стоп — ГОП СТОП, гоп стопа, м. Ограбление, кража. Взять на гоп стоп кого что ограбить, обворовать. Из уг. в том же зн.; Ср.: гопота гопник … Словарь русского арго

гоп-стоп — кража, ограбление Словарь русских синонимов. гоп стоп сущ., кол во синонимов: 2 • кража (19) • ограбл … Словарь синонимов

ГОП-СТОП — Брать/ взять на гоп стоп кого, что. Жарг. угол. Грабить кого л. СВЯ, 15; Балдаев 1, 45; ТСУЖ, 31; Росси 1, 84. Выйти на гоп стоп. Жарг. угол. Подготовиться к грабежу, поджидая жертву в определенном месте. ТСУЖ, 36. /em> Гоп стоп ограбление … Большой словарь русских поговорок

гоп-стоп — 1. [18/0] ограбление. Уголовный жаргон 2. [11/0] Уличное нападение с целью хищения имущества, с помощью применения насилия или под угрозой насилия. И лоха ушастого греем на гоп стоп. Уголовный жаргон 3. [10/1] Грабеж среди улицы. Ни один… … Cловарь современной лексики, жаргона и сленга

ГОП-СТОП — грабеж среди улицы. Ни один уважающий себя блатной до 1917 года не унижался до того, чтобы раздевать людей. Этим некогда промышляли только гопники, отсюда и название. В наши дни подобным видом ограблений, как правило, также занимаются не люди,… … Большой полутолковый словарь одесского языка

Гоп-стоп (фильм) — Гоп стоп … Википедия

гоп-стоп — виг., жарг., заст. Те саме, що гоп 3) … Український тлумачний словник

гоп-стоп — угол. уличный разбой … Универсальный дополнительный практический толковый словарь И. Мостицкого

гоп-стоп — грабеж, вооруженный налет … Воровской жаргон

Выйти на гоп-стоп — Жарг. угол. Подготовиться к грабежу, поджидая жертву в определенном месте. ТСУЖ, 36. /em> Гоп стоп ограбление … Большой словарь русских поговорок

Источник

ГОП-СТОП

Золотую бимбу королю презентовал Монька Голова, взявший на гоп-стоп какую-то жирную гагару.

Трое поздним вечером останавливают одинокого прохожего.

— Жизнь или кошелек?

— Давайте кошелек, на хера мне ваши жизни.

Смотреть что такое «ГОП-СТОП» в других словарях:

гоп-стоп — ГОП СТОП, гоп стопа, м. Ограбление, кража. Взять на гоп стоп кого что ограбить, обворовать. Из уг. в том же зн.; Ср.: гопота гопник … Словарь русского арго

гоп-стоп — кража, ограбление Словарь русских синонимов. гоп стоп сущ., кол во синонимов: 2 • кража (19) • ограбл … Словарь синонимов

ГОП-СТОП — Брать/ взять на гоп стоп кого, что. Жарг. угол. Грабить кого л. СВЯ, 15; Балдаев 1, 45; ТСУЖ, 31; Росси 1, 84. Выйти на гоп стоп. Жарг. угол. Подготовиться к грабежу, поджидая жертву в определенном месте. ТСУЖ, 36. /em> Гоп стоп ограбление … Большой словарь русских поговорок

гоп-стоп — 1. [18/0] ограбление. Уголовный жаргон 2. [11/0] Уличное нападение с целью хищения имущества, с помощью применения насилия или под угрозой насилия. И лоха ушастого греем на гоп стоп. Уголовный жаргон 3. [10/1] Грабеж среди улицы. Ни один… … Cловарь современной лексики, жаргона и сленга

Гоп-стоп (фильм) — Гоп стоп … Википедия

гоп-стоп — виг., жарг., заст. Те саме, що гоп 3) … Український тлумачний словник

гоп-стоп — угол. уличный разбой … Универсальный дополнительный практический толковый словарь И. Мостицкого

гоп-стоп — грабеж, вооруженный налет … Воровской жаргон

Выйти на гоп-стоп — Жарг. угол. Подготовиться к грабежу, поджидая жертву в определенном месте. ТСУЖ, 36. /em> Гоп стоп ограбление … Большой словарь русских поговорок

Источник

Происхождение некоторых слов в русском языке. Длиннопост. ⁠ ⁠

Гоп, гопник:
Принято считать, что слово ГОПНИК образовано от аббревиатуры ГОП.

В конце XIX века в Петербурге, на углу Лиговской улицы и Невского проспекта (нынешняя гостиница Октябрьская, Лиговский пр., 10), было открыто Городское общество призрения, иными словами, приют для нищих, бездомных и сирот («призор» — забота, попечение). Туда как правило доставлялись и беспризорники, промышлявшие мелкими кражами на близлежащем Николаевском (ныне Московском) вокзале.

В том же здании после революции расположилось Городское общежитие пролетариата, где по обыкновению селились крестьяне и люмпены, хлынувшие в Петроград со всей России после падения царского режима. Довольно быстро общежитие пролетариата было обращено его обитателями в бандитский клуб, внутри которого царили воровские законы. Благодаря ГОПу преступность на без того криминогенной Лиговке увеличилась в несколько раз, а самих обитателей ГОПа жители Петрограда стали называть гопниками.
Также существует предположение, что слово «гопник» появилось до революции и не обязательно в Петрограде, поскольку общества (дома) призрения располагались по всей стране, а контингент, обитавший в таких приютах, везде был примерно одинаков. Так, известный исследователь блатного жаргона Фима Жиганец в своем труде «Жемчужины босяцкой речи» говорит:

Еще в конце 20-х годов босяцкая братия называла ночлежки «старорежимным» словечком «гоп», а их обитателей — «гопниками» или «гопой». В «Республике ШКИД» Л. Пантелеева и Г. Белых молодая учительница, желая пригрозить не в меру расходившимся воспитанникам, грозно прикрикивает на них:

— Вы у меня побузите только. Я вам. Гопа канавская!

А рассказывая о странствиях одного из пацанов, авторы пишут:

Королев все лето «гопничал», ездил по железным дорогам с солдатскими эшелонами, направлявшимися на фронт.

Не стоит забывать и о понятии «гоп-стоп», которое вряд ли обязано своим происхождением городским обществам призрения. «Гоп-стоп» на воровском жаргоне означает молниеносный уличный грабеж, часто с применением насилия, когда жертва «берется на испуг» («пойти на гоп-стоп», «взять на гоп-стоп»), — излюбленный прием шпаны 20-х, а также 40-х и 90-х.

В словаре уголовных терминов читаем:

Гоп — место, где можно переночевать за небольшую плату.
Гоп-стоп — грабеж.
Гопник, гопушник — грабитель-гастролер.

Таким образом, жители нэповского Петрограда вкладывали в понятие «гопник» несколько значений и в первую очередь — «уличный грабитель, хулиган». А акроним ГОП — Городское общежитие пролетариата — удачно дополнил слово «гопник» еще одним — локальным — значением и в очередной раз красноречиво продемонстрировал гений большевистской мысли в деле составления аббревиатур.

Нуб:
Нуб (нубас) — происходит от английского слова «noob», которое, в свою очередь, от «newbie», что переводится как «новичок», «чайник». Зачастую не несет негативного контекста, ибо все мы нубы в той или иной области. Но если нуба назвать нубом, то он может не понять, приняв это за оскорбление. Не стоит путать нубов и ламеров. Далеко не все нубы ламеры. Равно как и обратное: не все ламеры нубы. Чуть менее, чем полностью вытеснило и заменило в интернетах сходные по смыслу традиционные ИРЛ-понятия чайник, салага, желторотик, etc. Воинствующий же нуб именуется пионером.

Ламер:
Ламер (от пиндосск. lame — хромой, калечный; в переводе с недословного жаргона — унылый, или также — «криворукий» (комп. сленг)) — человек, абсолютно некомпетентный в той или иной сфере, обычно в компьютерной, но твёрдо уверенный в обратном и не предпринимающий абсолютно никаких попыток что-нибудь узнать.
Альтернативные варианты определения:
Чайник — не знает, но хотел бы узнать; ламер не знает и знать не хочет.
Ламер — это чайник, который думает, что он — хакер.
Чайник — это тот, кто всегда наcтупает на грабли, а ламер это тот, кто думает, что никогда не наступит на грабли, но наступает на них чаще, чем чайник.
Слово проникло в компьютерный сленг в восьмидесятых годах из сленга скейтеров, где означало хромого, который по определению не может научиться кататься на скейте (по аналогии со словом «чайник», пришедшем из сленга альпинистов). Это слово распространилось на тогдашних BBS (интернетов не было), где им обзывали пользователей, не умеющих пользоваться бордой.
Ещё версия:
Слово произошло от названия известной книги «Linux Administration Made Easy» (LAME). Прозвище LAME давали сисадминам, у которых руки и ноги росли из одного места, и всю свою работу они выполняли по подобным книгам, немало доставляя своими идиотическими вопросами в эхах. Позже LAME был подхвачен тогдашними геймерами-малолетками (сейчас это уже большие дяди), которые называли так своих сверстников, постоянно сливающих в играх.

Чайник:
Термин пришёл из альпинизма. Чайником опытные альпинисты называют новичка, совершившего своё первое восхождение на вершину горы. Как правило, такие люди первым делом не совершают нужные действия по обустройству лагеря, а позируют фотографам, упирая одну руку в бок, а другую отставляют вбок, опирая на ледоруб, лыжную палку и т. д., отчего их силуэт сильно напоминает чайник. Таким образом, термин «чайник» не имеет ничего общего с умственными способностями человека, а говорит лишь о неопытности.

Хач:
От армянского имени Хачик, Хачатур.
Это как всех русских на западе Иванами зовут.
Кстати, Хач (Хачик) переводится как «крест», так, что называть мусульман хачами по меньшей мере нелепо.

Халява:
возможно, халява, происходит от польского cholewa — голенище. Дело в том, что бедные шляхтичи, в том числе служившие или воевавшие в России «брали на голенища» — то есть закладывать в сапоги мелкие подарки, еду или просто то, что можно взять бесплатно, «на халяву».

Источник

«Гоп-стоп, мы подошли из за угла …»

Вот первая из версий: В конце XIX века в Петербурге, на углу Лиговской улицы и Невского проспекта (нынешняя гостиница Октябрьская, Лиговский пр., 10), было открыто Городское общество призрения, иными словами, приют для нищих, бездомных и сирот («призор» — забота, попечение). Туда как правило доставлялись и беспризорники, промышлявшие мелкими кражами на близлежащем Николаевском (ныне Московском) вокзале.

В том же здании после революции расположилось Городское общежитие пролетариата, где по обыкновению селились крестьяне и люмпены, хлынувшие в Петроград со всей России после падения царского режима. Довольно быстро общежитие пролетариата было обращено его обитателями в бандитский клуб, внутри которого царили воровские законы. Благодаря ГОПу преступность на без того криминогенной Лиговке увеличилась в несколько раз, а самих обитателей ГОПа жители Петрограда стали называть гопниками. На эту тему даже появилась поговорка: «количество гопников измеряется в лигах».

Также существует более вероятное предположение, что слово «гопник» появилось до революции и не обязательно в Петрограде, поскольку общества (дома) призрения располагались по всей стране, а контингент, обитавший в таких приютах, везде был примерно одинаков. Так, известный исследователь блатного жаргона Фима Жиганец в своем труде «Жемчужины босяцкой речи» говорит:

Еще в конце 20-х годов босяцкая братия называла ночлежки «старорежимным» словечком «гоп», а их обитателей — «гопниками» или «гопой». В «Республике ШКИД» Л. Пантелеева и Г. Белых молодая учительница, желая пригрозить не в меру расходившимся воспитанникам, грозно прикрикивает на них:

— Вы у меня побузите только. Я вам… Гопа канавская!

А рассказывая о странствиях одного из пацанов, авторы пишут:

Королев все лето «гопничал», ездил по железным дорогам с солдатскими эшелонами, направлявшимися на фронт.

Не стоит забывать и о понятии «гоп-стоп», которое вряд ли обязано своим происхождением городским обществам призрения. «Гоп-стоп» на воровском жаргоне означает молниеносный уличный грабеж, часто с применением насилия, когда жертва «берется на испуг» («пойти на гоп-стоп», «взять на гоп-стоп»), — излюбленный прием шпаны 20-х, а также 40-х и 90-х.

Именно из-за молниеносности этот вид уличного грабежа в старину называли «гоп со смыком»: согласно словарю Даля, слово «гоп» выражает прыжок, скачок или удар…, гопнуть, прыгнуть или ударить. (Пословица: Не говори «гоп», пока не перепрыгнешь). «Смык» же, по Далю — синоним словечка «шмыг», образованного от глагола «смыкнуть» («шмыгнуть»). Отсюда, «гоп со смыком» — мгновенный грабеж с наскоком (ударом) с целью запугать, ошеломить жертву, и таким же мгновенным исчезновением. «Гоп-стоп» же, по сути — императив, требование остановиться, обращенное к жертве, а уличных грабителей и до сих пор иногда называют «гопстопниками».

Что такое Гоп-со-смыком? Так в Одессе раньше называли скрипачей. Смык — это смычок. Но это ещё была и кличка известного вора-домушника, который под видом музыканта ходил по богатым свадьбам, и когда гости все напивались так, что им уже становилось не до музыки, спокойно очищал дом или квартиру.

Версия блестящая! Слово «смык» действительно имеет значение «смычок». Однако вовсе не его имели в виду весёлые «уркаганы»…

На самом деле выражение «гоп со смыком» связано с уголовной «специальностью» уркаганов — так называемым «гоп-стопом». «Гоп-стоп» — это уличный грабёж «на испуг», когда босяк внезапно налетает на жертву, ошеломляя её, обчищает (часто — с применением насилия) — и так же внезапно исчезает. Этот приём и назывался в старину «гоп со смыком». Слово «гоп», согласно «Толковому словарю» Владимира Даля, «выражает прыжок, скачок или удар…, гопнуть, прыгнуть или ударить». А «смык» в данном сочетании с «гоп» обозначает вовсе не смычок, а — согласно тому же Далю — является синонимом слова «шмыг» и образован от глагола «смыкнуть» («шмыгнуть»).

То есть «гоп со смыком» — это мгновенный наскок с ударом и быстрым исчезновением нападавшего. А реплика «гоп-стоп» была обращена непосредственно к жертве и означала требование остановиться. Примерно в этом же смысле она нередко используется и теперь: с целью обратить внимание на себя. Например — «Гоп-стоп, Дима, не проходите мимо!».

В словаре уголовных терминов читаем:

Гоп — место, где можно переночевать за небольшую плату.

Гопник, гопушник — грабитель-гастролер.

Таким образом, жители нэповского Петрограда вкладывали в понятие «гопник» несколько значений и в первую очередь — «уличный грабитель, хулиган». А акроним ГОП — Городское общежитие пролетариата — удачно дополнил слово «гопник» еще одним — локальным — значением и в очередной раз красноречиво продемонстрировал гений большевистской мысли в деле составления аббревиатур.

Источник

rama909

rama909

Также существует более вероятное предположение, что слово «гопник» появилось до революции и не обязательно в Петрограде, поскольку общества (дома) призрения располагались по всей стране, а контингент, обитавший в таких приютах, везде был примерно одинаков. Так, известный исследователь блатного жаргона Фима Жиганец в своем труде «Жемчужины босяцкой речи» говорит:
Еще в конце 20-х годов босяцкая братия называла ночлежки «старорежимным» словечком «гоп», а их обитателей — «гопниками» или «гопой». В «Республике ШКИД» Л. Пантелеева и Г. Белых молодая учительница, желая пригрозить не в меру расходившимся воспитанникам, грозно прикрикивает на них:
— Вы у меня побузите только. Я вам… Гопа канавская!

А рассказывая о странствиях одного из пацанов, авторы пишут:

Королев все лето «гопничал», ездил по железным дорогам с солдатскими эшелонами, направлявшимися на фронт.

Не стоит забывать и о понятии «гоп-стоп», которое вряд ли обязано своим происхождением городским обществам призрения. «Гоп-стоп» на воровском жаргоне означает молниеносный уличный грабеж, часто с применением насилия, когда жертва «берется на испуг» («пойти на гоп-стоп», «взять на гоп-стоп»), — излюбленный прием шпаны 20-х, а также 40-х и 90-х.

Именно из-за молниеносности этот вид уличного грабежа в старину называли «гоп со смыком»: согласно словарю Даля, слово «гоп» выражает прыжок, скачок или удар…, гопнуть, прыгнуть или ударить. (Пословица: Не говори «гоп», пока не перепрыгнешь). «Смык» же, по Далю — синоним словечка «шмыг», образованного от глагола «смыкнуть» («шмыгнуть»). Отсюда, «гоп со смыком» — мгновенный грабеж с наскоком (ударом) с целью запугать, ошеломить жертву, и таким же мгновенным исчезновением. «Гоп-стоп» же, по сути — императив, требование остановиться, обращенное к жертве, а уличных грабителей и до сих пор иногда называют «гопстопниками».

Что такое Гоп-со-смыком? Так в Одессе раньше называли скрипачей. Смык — это смычок. Но это ещё была и кличка известного вора-домушника, который под видом музыканта ходил по богатым свадьбам, и когда гости все напивались так, что им уже становилось не до музыки, спокойно очищал дом или квартиру.

Версия блестящая! Слово «смык» действительно имеет значение «смычок». Однако вовсе не его имели в виду весёлые «уркаганы»…
На самом деле выражение «гоп со смыком» связано с уголовной «специальностью» уркаганов — так называемым «гоп-стопом». «Гоп-стоп» — это уличный грабёж «на испуг», когда босяк внезапно налетает на жертву, ошеломляя её, обчищает (часто — с применением насилия) — и так же внезапно исчезает. Этот приём и назывался в старину «гоп со смыком». Слово «гоп», согласно «Толковому словарю» Владимира Даля, «выражает прыжок, скачок или удар…, гопнуть, прыгнуть или ударить». А «смык» в данном сочетании с «гоп» обозначает вовсе не смычок, а — согласно тому же Далю — является синонимом слова «шмыг» и образован от глагола «смыкнуть» («шмыгнуть»).
То есть «гоп со смыком» — это мгновенный наскок с ударом и быстрым исчезновением нападавшего. А реплика «гоп-стоп» была обращена непосредственно к жертве и означала требование остановиться. Примерно в этом же смысле она нередко используется и теперь: с целью обратить внимание на себя. Например — «Гоп-стоп, Дима, не проходите мимо!».

В словаре уголовных терминов читаем:

Гоп — место, где можно переночевать за небольшую плату.
Гоп-стоп — грабеж.
Гопник, гопушник — грабитель-гастролер.

Источник

Подскажите, кто такие «гопники» и что значит выражение «гоп-стоп».

Кто такие гопники

Слово «гопник» происходит от выражения «гоп-стоп», которое,
в свою очередь, означает грабеж или разбой. Другими словами,
гопник – это человек, желающий безвозмездно завладеть чужими
материальными ценностями, унизив свою жертву.

1
Гопники – это русский жаргон, характеризующий представителей
городской молодежной прослойки, которые отличаются поведением,
близким к криминальному. Термины «гопники», «гопота», «гопари»,
«гопье» широко распространены в России и странах бывшего
Советского Союза. Следует понимать, что гопники – это не совсем
преступники, а полубандиты. Их, конечно, нельзя назвать тонкими
психологами, но эти люди умеют улавливать тонкую грань
в «обрабатывании» своей жертвы, не переходя при этом границы
дозволенного.

2
Техника поведения гопников практически всегда одна и та же.
Сначала они начинают «наезжать» на выбранную жертву при
помощи разговоров (начинают «конкретный базар»).
Это позволяет гопникам «прощупать» человека, вызвать у него
страх и замешательство. Любопытно, что гопники «прощупывают»
будущую жертву без прямой угрозы к насилию, добиваясь эффекта,
когда со стороны будет казаться, что они – это обычные люди,
которые общаются с другим человеком, а вот их оппонент
несколько неуравновешенный, агрессивный и нервозный.

3
Гопникам только и надо возвыситься над своей жертвой за счет
ее унижения, оскорбления, избиения, вымогания ценностей.
В результате такого «наезда» жертва, как правило, самостоятельно
отдает ценные вещи (деньги, мобильный телефон, часы, серьги,
браслеты). Стоит отметить, что некоторые гопники могут и
не брать ценных вещей, поскольку главное для них – это ощутить
собственное превосходство над униженной жертвой, заставив
ее испугаться. Зачастую получается так, что общение гопников
со своими жертвами происходит на грани «шуток»,
а также разговоров «по понятиям». Все это позволяет гопникам
оправдаться при потенциальных дальнейших разборках – жертва
отдала им все сама.

4
Абсолютное большинство представителей «гоп-культуры»
можно охарактеризовать присущими им общими чертами
и особенностями в поведении. Например, гопники никогда
не назовут себя гопниками, они называют себя «реальными
пацанами», «пацанами», «четкими пацанами» и т. д. Львиную
долю своего времени эти люди проводят на улицах, в подъездах
жилых домов, в парках и скверах, на остановках общественного
транспорта, в гаражах, в темных дворах и т. д. Для гопников
характерна агрессивная манера общения и поведения:
они разглядывают прохожих в упор, фамильярно общаются,
могут провоцировать на открытые конфликты и т. д.
Кстати говоря, семечки и пиво – незаменимые «атрибуты»
всех гопников. Если гопник идет без своих «атрибутов», то ему
просто еще не попался тот, у кого можно отобрать деньги
на пиво и семечки.

Го́пник (также гоп, собират. гопота́; также самоназвание — пацан) — жаргонное слово русского языка, чаще всего обозначающее уличного хулигана; [1] представителя близкой криминальному миру группы советской и пост-советской молодёжи; [источник? ] мошенник, налётчик, погромщик, опустившийся человек, бродяга. [1][2]

Примерно с 1970—1980-х годов гопниками называют примитивных, интеллектуально неразвитых [4], малообразованных молодых людей [5].

Понятия не связаны друг с другом.

Гоп-стоп — сленговое название уличного нападения с целью хищения имущества потерпевшего, совершённое с применением насилия, либо с угрозой применения насилия.

Само слово «гоп-стоп» вышло за пределы воровского жаргона и получило распространение в массовой культуре благодаря многочисленным песням (например, композиция Александра Розенбаума «Гоп-стоп, мы подошли из-за угла. » ), фильмам и сериалам (таким, как «Бригада» ) и множественным упоминаниям в прессе. При этом следует отметить, что пресса не всегда правильно квалифицирует такое деяние — например, гоп-стоп часто путают с воровством или той или иной формой хулиганства.

Го́пник (также гоп, собират. гопота́; также самоназвание — пацан) — жаргонное слово русского языка, чаще всего обозначающее уличного хулигана; [1] представителя близкой криминальному миру группы советской и пост-советской молодёжи; [источник? ] мошенник, налётчик, погромщик, опустившийся человек, бродяга. [1][2]

Примерно с 1970—1980-х годов гопниками называют примитивных, интеллектуально неразвитых [4], малообразованных молодых людей [5].

Источник

Кто такие гопники и откуда они взялись?

Кого мы представляем, когда слышим слово «гопник»? Хамоватого парня в кепи, спортивных штанах и туфлях с кульком семечек или банкой пива. Ну, или мелкого преступника, который зарабатывает на жизнь, отнимая карманные деньги у школьников и мобильные телефоны у взрослых. Но кто такие гопники на самом деле? Рассказываем, откуда взялось это слово и кого так называли в прошлом веке.

Гопники — торговцы

По одной из версий слово «гопники» появилось в России в начале прошлого века, в период действия сухого закона — он был введен Николаем II в. 1914 году. Считается. Что в то время любители выпить пользовались услугами нелегальных торговцев, которые предлагали свой товар простым жестом — легким хлопком ладонью по шее. А на словах такой жест, вернее, звук, который слышали окружающие, обозначали словом «гоп». Именно поэтому спекулянтов вскоре стали называть гопниками, а затем и их клиентов — пьяниц. Впоследствии любовь к спиртному связали со склонностью к преступлениям, а слово «гопник» распространилось по всей стране.

Гопники — беспризорники

По другой версии, это слово произошло от названия «Городское общество призора», сокращенно — ГОП. Это общество располагалось на месте современной гостиницы «Октябрьская», на Лиговском проспекте в Санкт-Петербурге, и появилось оно еще в конце XIX века. В ГОП доставляли беспризорников и подростков, которые занимались грабежами и хулиганством, — на перевоспитание.

В 1917 году, после Октябрьской революции, на его месте было организовано другое заведение — Государственное общежитие пролетариата, но жили там все те же малолетние преступники. А в скором времени среди петербуржцев появилось слово «гопники», которым называли жителей того самого общежития на Лиговке. Более того, в Петрограде, а затем и Ленинграде невоспитанных людей было принято спрашивать: Вы что, на Лиговке живете? Ну, а через некоторое время гопниками стали называть молодых преступников по всей стране.

А что сейчас?

Сейчас «гопник» — это жаргонное слово, которым обозначают людей низкого социального статуса, малообразованных и не имеющих моральных ценностей. По мнению экспертов, эта прослойка состоит из агрессивно настроенных молодых людей с криминальными чертами поведения. К слову, этот термин до сих пор широко употребляется не только в России, но и в странах бывшего СССР.

Гопники за границей

Само собой, гопники существуют не только на постсоветском пространстве. Так, в Великобритании подростков с асоциальным поведением называют чав, в Польше — дресярами, а на латышском языке гопник — это урлас. В Германии гопников называют сокращением от слова «асоциальный» — аззи, а в Ирландии их кличут не иначе как нэкерами. Свои гопники есть и в Австралии, только там они известны как боганы. В Колумбии эта социальная прослойка именуется ньеро, во Франции — ракаи, в Израиле — арсы. Ну, а в Японии гопников «зовут» так же, как американцев в Англии — янки.

Ранее сообщалось, что в русском языке появился новый союз.

По материалам дзен-канала «Грамотно!».

Источник

Кто такие ГОПники и почему их родина Петербург

Получайте на почту один раз в сутки одну самую читаемую статью. Присоединяйтесь к нам в Facebook и ВКонтакте.

Судьба Лиговского канала и застройка района современными зданиями

Лиговская улице появилась в Петербурге на месте Лиговского канала, прорытого в XVIII веке для соединения города с Красным Селом. Перевозить сырье для бумажной фабрики и доставлять готовую продукцию было быстрее и дешевле по воде. По другой версии, канал служил подпиткой из реки Лиги фонтанов Летнего сада. Утратив свое значение, канал быстро пришел в негодность, засоряясь и превращаясь в зловонный сток городского мусора.

Местные власти приняли решение частично засыпать Лиговский канал и проложить на его месте жилую улицу с одноименным названием, впоследствии превратившуюся в бульвар. Еще Николай I взялся облагораживать территории на пересечении Лиговского и Невского проспектов, инициировав своим указом застройку этой части города «приличными сооружениями». Первым современным зданием в 1851-м стала гостиница «Знаменская», при строительстве которой практиковались всяческие технические новации. Номера оснастили пневматическими печами, вентиляторами и даже разговорными трубами. А уже в 20 веке в этих стенах основали один из самых крупных городских ресторанов на полтысячи посадочных мест.

Гособщество призора в гостинице «Октябрьская» и помощь скитальцам

На исходе XIX века в помещении гостиницы на Лиговском проспекте организовали Государственное общество призора. Отныне в эти стены направлялись сироты из неблагополучных семей, малолетние преступники и все несовершеннолетние, достигшие социального дна. Однако грянула революция и внесла свои коррективы в благие намерения. После событий 1917 года здание не особо поменяло свое назначение. Теперь здесь размещалось Государственное общежитие пролетариата. Не поменялась не только суть организации, но и даже аббревиатура (ГОП). И так повелось, что жители стали самовольно величать себя ГОПниками.

Современники свидетельствуют, что обитатели лиговского ГОПа выделялись среди городского населения уже одним только внешним видом, не говоря уже о преступном образе жизни. Рассказывают, что ГОПники отдавали предпочтение ярко-красным носкам. А когда в районе Лиговки случалось какое преступление, виновников смело можно было искать в легендарном общежитии.

Нехватка средств и малолетние преступники

Даже когда во времена царской России дом призрения содержался на выделяемые казенные средства, денег не хватало, и это место по сути было ночлежкой неблаговидных граждан. С приходом в Россию новой власти и основанием государственного общежития сюда по-прежнему стекались беднейшие жители окрестностей в поисках средств на пропитание. Число преступлений, совершаемых на и без того неспокойной Лиговке, возросло в разы.

1920-е стали пиком российского беспризорничества. По этой причине социальное общежитие для пролетариата заселялось, в основном, не крестьянами и рабочими, а скитающимися несовершеннолетними, ведущими абсолютно аморальный образ жизни. Мелкие воришки, хулиганы, мошенники стали привычным делом в этой части города. Неудивительно, что в лексиконе жителей Петрограда укоренилось выражение «А он часом не на Лиговке живет?», когда речь заходила о грубых и невоспитанных людях.

Самый опасный район Петербурга и громкие преступления ГОПников

Своими дерзкими преступными выходками обитатели ГОПа всерьез досаждали сотрудникам правоохранительных органов. Причем промышлять они успевали не только в ареале своего проживания, но и в прилегающих районах Петрограда. И все же основным местом, где орудовали ГОПники, оставалась Лиговка, которая к тому моменту справедливо считалась самым опасным городским районом. Для проявления своих криминальных талантов преступникам не нужно было далеко ходить. Самым излюбленным местом самовыражения лиговских маргиналов стал расположенный возле Государственного общежития пролетариата Московский вокзал.

Малолетние преступники, совершая бесконечные карманные кражи, работали целыми бандами, не гнушаясь и привлечением к общему делу дам. Обычным сценарием были ситуации, когда девушка проявляла инициативу в знакомстве в обеспеченным с виду гражданином и буквально навязывала ему совместное времяпрепровождение. Но вечернее свидание оборачивалось для любителей молодых смазливых девиц как минимум ограблением. Некоторым везло еще меньше, и они расплачивались за собственную беспечность головой. ГОПники проходили по делам, связанным с довольно серьезными и грязными преступлениями. В 1926 году Ленинград потряс так называемый «чубаровский беспредел».

Лиговская преступная группировка совместно с подельниками из Чубарова переулка совершили в саду Сан-Галли жестокое групповое изнасилование юной девушки. Пребывая в состоянии алкогольного опьянения, ГОПники возмутились женским отказом от общения. Все 30 бандитов настолько утратили связь с законной реальностью, что не усматривали в своих действиях ничего криминального. Однако дело получило широкий резонанс, и судьи держались максимально строго. Чубаровскую группировку зачинщиков приговорили к смертной казни, лиговские же соучастники отделались различными сроками с отбыванием наказания в колониях строгого режима. ГОПники приняли решение мстить за несправедливо осужденных собратьев, и волна преступлений накрыла Ленинград с новой силой. Они нападали не только на горожан, но и на милиционеров. Именно тогда и началась серьезная работа по истреблению ленинградского криминалитета.

Сегодня же гопниками называют совсем другую группу людей. А популярные исполнители даже используют их образ в своих видеоклипах.

Понравилась статья? Тогда поддержи нас, жми:

Источник

История песни: «Гоп-стоп»

История песни: «Гоп-стоп»

Аббревиатура расшифровывалась как «Городское общество призора»: туда доставлялись неимущие, бездомные и беспризорные. Средств на их содержание выделялось мало, в связи с чем они бродяжничали и промышляли воровством, заметно ухудшая криминогенную обстановку в районе.

Александр Розенбаум родился в 1951 году в Ленинграде. Родители-врачи постарались дать ему всестороннее образование: Саша занимался музыкой и боксом, но когда пришла пора выбирать специальность, он пошел по стопам родителей в медицинский институт. Работая врачом «Скорой помощи», Розенбаум продолжал играть в самодеятельных ансамблях и начал сочинять песни. Первые его произведения были зарисовками из медицинской практики, а потом круг тем заметно расширился. «Гоп-стоп» причисляют к так называемому «одесскому циклу» Розенбаума, хотя на самом деле никаких циклов Александр не писал – это уже потом народная молва обнаружила в его творчестве одесский, казачий, афганский и всякие другие циклы.

Примерно в одно время с композицией «Гоп-стоп» появились песни «Заходите к нам на огонек», «Фраер», «Меня не посадить», «Амнистия», «Лиговка». Все эти композиции Розенбаум сочинил, когда ему было немного за двадцать. Никакого тюремного опыта у него, разумеется, не было, зато он читал «Одесские рассказы» Исаака Бабеля, собирал истории о питерских «гопниках» и имел живое воображение. Кровавый сюжет блатных песен Александр Яковлевич просто придумал – и через много лет признался, что «придумал-то хорошо, иначе композиции не жили бы десятилетиями».

С этими песнями Розенбаум начал давать подпольные концерты в Питере. Некоторые из выступлений записывались на магнитофоны и распространялись по стране. Блатная музыка была в СССР под тотальным запретом, поэтому ни о каком осознанном промоушне не могло быть и речи. Кто такой Александр Розенбаум, слушатели знать не знали, поэтому могли фантазировать в свое удовольствие, и преобладала версия, что это пожилой эмигрант, поющий автобиографические песни о своей бандитской молодости.

В 1981 году Розенбауму удалось записать магнитоальбом «Домашний концерт», куда вошли «Гоп-стоп» и другие песни. Годом позже вышла и студийная запись, сделанная при помощи группы «Братья Жемчужные». Этот альбом известен под названием «Памяти Аркадия Северного». Еще через несколько лет Александр Розенбаум получил официальное признание, но телезрители узнали его как лирического исполнителя «Вальса Бостона» и песен про войну в Афганистане.

«Гоп-стоп» осталась в памяти знатоков как некий рискованный эксперимент. Правда, впоследствии песня была неоднократно переиздана, в том числе и на совместном альбоме Александра Розенбаума и Григория Лепса.

Ее перепевали разные исполнители, даже такие неожиданные в контексте блатной музыки, как группа «Звери» и певица Максим.

Автор: Алексей МАЖАЕВ

Фото: пресс-служба «Радио Шансон» «Гоп-стоп».

Музыка и слова Александра Розенбаума, исполняют Александр Розенбаум и Григорий Лепс

Источник

Гопник в русской истории

Любой россиянин без запинки сможет описать современного гопника, однако далеко не каждый сможет раскрыть суть самого слова.

При этом понятие, как говорят некоторые лингвисты, довольно старинное, уходящее корнями ещё в царскую Россию. Разберёмся в теориях происхождения «гопников».

Гоп со смыком

Заложить за воротник

Другая теория происхождения понятия говорит о том, что гопниками в двадцатые-тридцатые годы XX века называли не мелких уличных воришек, а совсем опустившихся пьяниц. Объясняют это схожестью звучания: мол, «гоп» — это говорящий щелчок пальцами по шее, которым обозначают выпивку.

Жест этот знаком каждому русскому человеку, о нём ещё говорят «заложить за воротник». Фраза, кстати, появилась в период реформ Петра I. Царь, известный своими оригинальными законами, при постройке флота хотел особо поощрить и мотивировать своих рабочих и повелел клеймить их особым знаком на шее или ключице. Владельцы же трактиров должны были бесплатно наливать выпивку людям, расстёгивающим воротник и показывающим такое клеймо.

Говорящий жест был в ходу у спекулянтов спиртными напитками в период сухого закона Николая II в 1914 году. Некоторые лингвисты говорят о том, что на самом деле гопниками как раз-таки называли поначалу именно этих людей, а потом понятие стало шире и распространилось на выпивох в целом.

Аббревиатура

Есть и ещё одна теория происхождения понятия «гопник». Некоторые исследователи-лингвисты говорят о том, что слово произошло от аббревиатуры ГОП — «Городское Общество Призрения» или «Государственное Общежитие Пролетариата». Общество Призрения появилось в XIX веке в Санкт-Петербурге на Лиговском проспекте, и в нём содержались несовершеннолетние преступники и беспризорники.

Пролетарий

Ещё одно понятие со временем приобретшее уничижительный смысл и практически вставшее в один ряд с «гопником». Слово пришло к нам из немецкого языка благодаря Карлу Марксу, а в немецкий, в свою очередь, из латинского. При этом латинское «proles» означало буквально «производить на свет потомство».

В Риме было три основных сословных группы — патриции, рабы и пролес. Последний — это класс малоимущих, но свободных граждан, у которых, тем не менее, имелось право голоса. Обычно их семьи были весьма многочисленными, с большим количеством детей. По сути, это в прямом смысле «производители» людей, народной массы. И властьимущие, состоятельные граждане с презрением относились к пролесу.

Интересна ирония Маркса, который в «Манифесте Коммунистической партии» в 1848 году назвал так впервые неимущих трудящихся. И слово «пролетарий» с его подачи навсегда стало синонимом слова «рабочий».

Источник

Гоп-стоп, не вертухайся! История слова вертухай

Альманах «Неволя» (Москва), № 52, май 2017

«ГОП-СТОП, НЕ ВЕРТУХАЙСЯ!»
История блатного слова в истории страны лагерей

*Украинско-иудейская борьба за звание «вертухая»*

Помните один из наиболее известных вариантов знаменитой лагерной песни «По тундре, по железной дороге»? Его исполнили в сборнике «Блатные пионерские» Алексей Козлов и Андрей Макаревич:

Это было весною, зеленеющим маем,
Когда тундра проснулась, развернулась ковром.
Мы бежали с тобою, замочив вертухая,
Мы бежали из зоны – покати нас шаром!

Об этой песне говорить можно долго, но сегодня для нас важно проскользнувшее словечко «вертухай».

«Замочив вертухая» – это выражение сегодня, увы, поймет любой школьник: убив охранника лагеря, конвоира, надзирателя, в широком смысле – любого лагерного сотрудника, который носит погоны.

«Вертухай» – производное от «вертухаться», то есть вертеться, дергаться, делать резкие движения, шуметь и вырываться. У Александра Солженицына в «Архипелаге ГУЛАГ» изложена версия об украинском происхождении слова. Автор пишет:
«В мое время это слово уже распространилось. Говорили, что это пошло от надзирателей-украинцев: “стой, та нэ вэртухайсь!” Но уместно вспомнить и английское «тюремщик – turnkey – “верти ключ”. Может быть, и у нас вертухай – тот кто вертит ключ?»

С вращением ключа – версия совсем уж фантастическая и ничем не подкрепленная. Хотя часть англицизмов (особенно из морского сленга) в русском арго прекрасно прижилась.

Что касается «украинской» этимологии, она в определенной степени заслуживает доверия. Хотя некоторые критики заявляют, что в украинском языке такого слова не существует, но в данном случае речь не о литературном украинском языке (который по большому счету до сих пор окончательно не сформировался). Но в просторечии, в разговорной речи и даже в письменной мне не однажды приходилось встречать – вiртуха, вiртуху крутити, вiртухаться, вiртухай.

Однако при чем тут украинцы-надзиратели? В полемических спорах, дискуссиях противники этой версии заявляют, что значительная часть украинцев (прежде всего западных) в сталинских лагерях былb заключенными, а не надзирателями, поэтому разговоры об «украинских охранниках» беспочвенны и даже лживы. Это откровенная ерунда. Да, в послевоенные годы лагеря действительно наполнились так называемыми «бандеровцами» (или «бендеровцами», хотя правильно первое написание – по фамилии идейного вождя национал-шовинистического движения – Степана Бандеры), среди которых были не только собственно бойцы подпольных групп, но и просто крестьяне, помогавшие им, и даже совершенно невиновные люди. Это, однако, не отменяет того факта, что и в среде охраны, надзора украинцы составляли значительную часть личного состава. Достаточно обратиться к воспоминаниям узников ГУЛАГа.

Например, Вадим Туманов пишет о послевоенных лагерях, в которых отбывал наказание: «Много шуток в свой адрес вызывали украинцы. Их было одинаково много как среди заключенных, так и среди лагерного начальства, охраны, надзирателей» [ Туманов В. «Все потерять – и вновь начать с мечты. » ]. Более того, подобное положение сохранялось и позднее, особенно в отдаленных колониях (на «дальняках») – вплоть до распада СССР. Арестанты, с которыми я беседовал, приводили ироническую зэковскую топонимику – «Коми УССР Хохло-Мансийского национального округа», которая в связи с упоминанием Коми АССР (автономной республики) непосредственно относится к нашей теме.

Слово «вертухай» появилось в арестантском арго сравнительно поздно, с большой степенью вероятности – в 1940-е годы. Во время и после Великой Отечественной войны в места лишения свободы пошло служить множество украинцев. Прежде всего это были деревенские парни, особенно из отдаленных сел. Собственно, так же набирались еще раньше и «вологодские» («соловецкие») конвоиры – первоначально именно из глухих русских селений. Но украинцы к тому же испокон веку считались ревностными служаками, отличались мелочным карьеризмом и стремлением выслужиться перед начальством.

Правда, в последнее время «украинскую» теорию стала вытеснять «еврейская». Согласно ей, «вертухай» заимствован русскими уголовниками из иврита, от сочетания «бар тукиа», что значит «исполняющий казнь». Еврейские «языковеды», а вслед за ними и русские заявляют, ничтоже сумняшеся, будто бы ранее слово обозначало тюремного палача (в России палаческие функции исполняли обычно особо выделенные заключенные). А, мол, позже оно стало использоваться в значении «охранник, надзиратель». На самом деле эти измышления являются абсолютным бредом – как и значительная часть «ивритско-идишских» умствований по поводу этимологии русской уголовной лексики. Слово «вертухай» никогда, даже в самом страшном сне, не означало «палач»! Ни в одном словаре, ни в одном письменном источнике вы подтверждения этой нелепице не отыщете. Даже фонетически очевидно: «бар тукиа» не могло превратиться в вертухая. Созвучие явно надуманное. Слово «вертухай», вне всяких сомнений, славянское, произошло от глагола действия «вертухаться», о чем у нас еще будет возможность поговорить.

Вообще подобного рода еврейские «языковеды» используют, как правило, один и тот же нелепый прием. Выдергивая наобум слово из уголовного жаргона, они «на слух» подбирают что-нибудь хотя бы отдаленно созвучное в идише и иврите, даже совершенно не подходящее по смыслу. Затем начинается искусственное «привязывание» еврейского словечка к блатному, для чего выдумываются дурацкие истории, предположения и байки. Так произошло и с «вертухаем».

*«Вертухаями» называли не надзирателей, а зэков?*
Столь же бездоказательными и абсурдными являются утверждения о том, что под “вертухаем” арестантский жаргон ГУЛАГа подразумевал вовсе не сотрудников мест лишения свободы, а. самих заключенных! Эту версию выдвигает в Интернете бывший сотрудник колонии под ником starley, ссылаясь на издание «Уголовно-исполнительная система. 130 лет», выпущенное в 2009 году [ Детков М. Г., Шамсунов С.Х., Алексушин Г.В., Ященко П.В., Селиверстов В.И. Уголовно-исполнительная система. 130 лет. М.: Объединенная редакция ФСИН России, 2009. ]. Вот что сообщает неведомый «старлей» (по его словам, в колонии он служил в отделе кадров, а затем – замполитом):

«За 16 лет службы я ни от одного осужденного не слышал слово “вертухай”. Бывает, говорят: мусор, мент, даже фашист.
Но слово “вертухай” – применительно к сотрудникам колоний я, не поверите, прочитал впервые у Солженицына, а потом с удивлением узнал, что им активно пользуется либерально-еврейская часть населения Интернета, а вслед за ними стали, как попугаи, повторять все.
Так вот, слово вертухай изначально обозначало вовсе не сотрудника лагеря или колонии.
Оно обозначало зэка.
Но зэка не простого.
В условиях катастрофического недокомплекта аттестованной охраны для охраны лагерей и надзора за заключенными внутри лагеря широко привлекались сами заключенные. Например, к середине 1939 года число стрелков ВОХР из числа заключенных составляло 25 тысяч человек.
Надзиратели из числа заключенных носили специальную форму.
В 1941 году около 90 процентов аттестованного состава охраны было отправлено на фронт (ау, сказочники, рассказывающие о брони для лагерников), в том числе и пожелавшие самоохранники. А вот им на замену приходили признанные негодными к военной службе инвалиды, старики, женщины.
После войны руководство ГУЛАГа решило возродить самоохрану лагерей.
За безупречную службу заключенным, охраняющим лагерь, были положены двухнедельный отпуск, правда, без выезда домой, но с правом свидания с родственниками. Особо отличившиеся охранники, не допустившие побега (читай: застрелившие осужденного во время совершения побега), представлялись к условно-досрочному освобождению.
А вот за халатное отношение к службе виновные немедленно переводились на общие работы.
И зарплату они получали: например, те, кто отслужил более года, получали от 45 до 60 рублей. Максимальное жалованье назначалось конвоирам. “Вологодский конвой шутить не любит”. Это выражение – зэковское.
Если в 1941 году количество самоохранников составляло 5 с половиной тысячи человек на весь ГУЛАГ, а во время войны оно не превышало 3 тысяч, то к 1951 году их количество выросло до 41 тысячи (20 процентов от всего количества охранников)
Самоохрана лагерей просуществовала аж до 1959 года, после чего была упразднена.
Так почему вертухаи?
Да потому, что самоохранники, отслужив наряд, возвращались в барак. И ходили по бараку постоянно оглядываясь, вертясь (вертухаясь), чтобы не быть посаженными на пику.
Поэтому зэки слово “вертухай” не употребляют.
Оно для них табуированное.
А вот либеральная интеллигенция употребляет с удовольствием.
До сих пор».

«Старлей» также утверждает, что такая версия преподносится курсантам высших и прочих учебных заведений МВД как единственно верная.

Прочитав эту ахинею, не знаешь, плакать или смеяться. То, что бывший зоновский кадровик ни разу не слышал слова «вертухай», – вполне допускаю. Однако это вовсе не значит, будто этого слова не существует. Я почти за 18 лет работы в пенитенциарной системе тоже не сталкивался со многими образчиками жаргонной лексики. Лишь когда у меня появились близкие знакомые на воле из числа бывших уголовников, когда я стал специально общаться с осужденными и сотрудниками мест лишения свободы, чтобы обогатить свой запас лексики арго и блатного фольклора, передо мною открылись россыпи слов, выражений, пословиц, поговорок, присказок. Но для этого необходимо поставить перед собой такую цель. Товарищ старлей, видимо, ее не ставил.

Чтобы узнать, что значит слово «вертухай», достаточно обратиться к различным мемуарным источникам. Бывшие узники ГУЛАГа используют его часто и активно. Например, Лев Копелев в мемуарах «Хранить вечно» (время действия – 1945–1947 гг.) упоминает охранников (судя по контексту – опять же украинцев): «Видно, что все же они крестьянские сыновья, – местные полещуки, – и уважают, даже чтут? хлеб и знают, что такое голод. И тупо равнодушные или грубые, злобные вертухаи на это время опять стали простыми хлопцами, способными пожалеть голодных и разделить чужую радость». И в другом месте – уже сокращенная форма от «вертухая»: «Эх, вертух, ободрал, гад, на сменке». Можно вспомнить одну из песен группы «Лесоповал» на стихи бывшего лагерника Михаила Танича: «А на шмоне опять вертухай пять колод отберет. » Или нобелевского лауреата Иосифа Бродского с его стихотворением «На независимость Украины» (1992):

С богом, орлы, казаки, гетманы, вертухаи!
Только когда припрет и вам умирать, бугаи,
будете вы хрипеть, царапая край матраса,
строчки из Александра, а не брехню Тараса.

Таких примеров множество.

Что касается «самоохранника-вертухая», обратимся для начала к рассказу Варлама Шаламова «В лагере нет виноватых»:

«В двадцатые же годы действовала знаменитая “резинка” Крыленко [ Крыленко Николай Васильевич – с 1922 по 1929 г. занимал должности заместителя наркома юстиции РСФСР и старшего помощника прокурора РСФСР, с 1929 по 1931-й – прокурор РСФСР, с 1931 по 1936 г. – народный комиссар юстиции РСФСР, с 1936 по 1938-й – нарком юстиции СССР. Расстрелян как «враг народа». ], суть которой в следующем. Всякий приговор условен, приблизителен: в зависимости от поведения, от прилежания в труде, от исправления, от честного труда на благо государства. Этот приговор может быть сокращен до эффективного минимума – год-два вместо десяти лет, либо бесконечные продления: посадили на год, а держат целую жизнь, продлевая срок официальный.
Высшим выражением крыленковской “резинки”, перековки была самоохрана, когда заключенным давали в руки винтовки – приказывать, стеречь, бить своих вчерашних соседей по этапу и бараку. Самообслуга, самоохрана, следовательский аппарат из заключенных – может быть, это экономически выгодно, но начисто стирает понятие вины».

Самоохрана из числа заключенных существовала и до, и во время, и после Великой Отечественной войны.

«Старлей» пишет: «. Самоохранники, отслужив наряд, возвращались в барак. И ходили по бараку, постоянно оглядываясь, вертясь (вертухаясь), чтобы не быть посаженными на пику».

Однако это бред, ненаучная фантастика! Самоохрана из числа заключенных всегда располагалась изолированно от основной массы лагерников!

Вот цитата из лагерного отчета печально знаменитой «стройки № 503», или «мертвой дороги». Эту железнодорожную магистраль начали тянуть согласно секретному постановлению Совета министров СССР № 1255-331-сс (22 апреля 1947 года) от станции Чум (южнее Воркуты) до будущего крупного морского порта на Обской губе в районе мыса Каменный. В отчете Обского ИТЛ за 1949 год читаем: «. При колонне № 205, пятого отделения в темной сырой землянке размещены два взвода, охраняющие 201-ю и 202-ю колонны. Солдаты спят на двухъярусных сплошных нарах, без постельных принадлежностей. Самоохрана помещается вместе с солдатами, так как на 70 человек в этой землянке имеется только 40 мест» [ memorial.krsk.ru ].
Самоохрану размещают вместе с солдатами, несмотря на чудовищную тесноту и скученность; никому даже в голову не приходит нелепая мысль отправить самоохранников в зэковский барак!

А вот отчет за 1951 год, где положение уже меняется к лучшему: «Солдаты и самоохрана размещены в типовых казармах отдельно друг от друга. В настоящее время жилплощадь на 1 заключенного составляет 3,4 м2, на 1 человека самоохраны – 1, 8 м2» [ memorial.krsk.ru ].

Так что трусливо оглядываться в бараке, равно как и за его пределами, самоохранникам не было никакого смысла. Если «старлей» говорит правду и таких элементарных вещей не знают преподаватели и профессора вузов МВД – страшно даже представить, какую еще галиматью они вбивают в головы своих слушателей.

И все же можно допустить, что самоохранников называли «вертухаями» – но как раз по аналогии с охранниками-солдатами! То есть приравнивая к ним самоохрану из числа зэков. При этом заметим, что «старлей» смешивает стрелков ВОХР и самоохрану из числа заключенных, что совершенно недопустимо. Так, Людмила Липатова в материале «История 501-й стройки» (продолжением которой являлась 503-я стройка) различает в воркутинских лагерях три категории вооруженных людей:

«Первые – вольнонаемные охранники, то есть ВОХР или ВСО, вторые – надзиратели или надзорсостав, третьи – самоохранники. В нее набирались заключенные, у которых остался небольшой срок, лояльно проявившие себя по отношению к администрации. Самоохранники одевались в такую же, как и вольнонаемная охрана форму, только без звездочек. Они имели более свободный режим содержания, чем их собратья по заключению. И, как ни странно, именно самоохранники чаще всего проявляли ту жестокость, от которой страдали заключенные. Федор Михайлович Ревдев (боевой офицер, прошел всю войну, работал во Львове, осудили его за преклонение перед иностранной техникой) говорит по этому поводу следующее:
“Вольные солдаты – люди как люди, а когда стоит самоохранник, так зверь, хуже зверя, хуже фашиста. Относились к человеку, как к животному. Шли в самоохрану садисты, действительно преступники. Честный человек никогда туда не пойдет. В Салехарде у меня есть люди, которые меня охраняли. Я ничего плохого о них не скажу. Самоохранники же – другое дело”» [ doroga501.ru ].

Самоохрану лагерники ненавидели еще больше, чем людей в форме, и могли таких зэков тоже причислять к вертухаям как раз из-за этого, а вовсе не потому, что те вертели в бараке головой от страха. Но само слово «вертухай» возникло именно как определение так называемых «формовых» – то есть несущих службу в местах лишения свободы надзирателей, охрану, конвойных, а затем и офицеров. Сюда же нередко включали и «вольных» сотрудников военизированной охраны.

*Когда появились «вертухаи»?*

Чтобы найти ответ, нам придется вернуться к «еврейской этимологии» слова «вертухай». Дело в том, что одна из защитниц ивритского происхождения «вертухая» заявила, будто слово появилось в русском арго еще в 1880 году. Но, естественно, никаких доказательств не привела. Да и не могла, поскольку их не существует. Ни на каторге, ни в царских тюрьмах мы не встретим подобного словоупотребления. Нет ни одного примера в мемуарной литературе тех лет, равно как и в словарях русского арго, начиная с XIX века и вплоть до Великой Отечественной войны, – ни «вертухая», ни «вертуха», ни «вертухаться», ни «вертухнуться».

Стоп! А вот здесь необходимо важное примечание. Если в отношении «вертухая» все справедливо, то с однокоренными словами дело обстоит несколько иначе. Само по себе слово «вертухаться» известно в русском языке по меньшей мере с XIX века. То есть не в литературном русском (здесь его искать бесполезно), а в многочисленных говорах. У Владимира Даля оно отмечено в значении: «Вести себя неспокойно, вертеться» с пометами – псковское, тамбовское, вологодское, новгородское.

В ряде других словарей русских говоров «вертухаться», «вертыхаться», «вертугаться» толкуется как «вертеться», «повертываться, оборачиваться», «сопротивляться, увертываясь при этом», «вертеться неправильно, рывками, качаясь» – с отсылом к тем же областям России [ Cм.: Материалы к словарю исконного русского языка. – andrej102.ru ].

В разговорной речи слово используется и по сей день. Так, в инструкции по управлению учебно-тренировочным самолетом ЯК-18 читаем: «. при посадке добирай ручку и намертво, держи ее прижатой к животу. Иначе расстопорится вилка хвостового колеса и самолет запросто может “вертухаться”» [ www.avia-yk.przd.ru ]. В словаре орловских говоров встречаем также фразеологизм «на вертухах» – в состоянии волнения, возбуждения. Есть также выражение «дать вертуха» – быстро исчезнуть, убежать.

Даже у Чехова в драматическом этюде «На большой дороге» (1885) следует характеристика дамочки: «Не то чтобы какая беспутная или что, а так… вертуха…» Словом «вертуха» персонаж Антона Павловича обозначает вертихвостку, егозу.

Но все это, повторяем, относится к области языка народного, а не уголовно-арестантского. Хотя, несомненно, блатной жаргон щедро черпал лексику из русских говоров. Вот для примера – отрывок из воспоминаний лагерника Даниила Алина (время действия – лето 1941-го):

«. Бандиты имели свой лексикон или, выражаясь по-лагерному, свою “феню”, например: штопорнуть, захомутать, поставить на попа, замарьяжить и т.д. Они имели даже свои песни, соответствующие их идеологии, например:

А там, на повороте,
Гоп, стоп, не вертухайся,
Вышли три удалых молодца,
Купцов заштопорили,
Червончики помыли,
А их похоронили навсегда».

Как мы можем убедиться, в данном случае речь идет не об окрике «вертухаев», а о довольно известной блатной песне. Я знаком с нею по более позднему варианту:

Ночка начинается,
Фонарики качаются,
И филин ударил крылом.
Налейте, налейте
Мне чарку глубокую
С пенистым крепким вином!
А если не нальете,
Коня мне подведете –
Покрепче держите под уздцы:
Поедут с товарами
Ровными парами
Муромским лесом купцы!
А вдруг из поворота –
Гоп-стоп, не вертухайся! –
Выходят два здоровых молодца:
Коней остановили,
Червончиков набрили,
С купцами рассчитались до конца!
А с этими червонцами
В Одессу приходили,
Зашли они в шикарный ресторан,
Там пили, кутили,
По десять лет схватили –
А потом по новой в Магадан!
А в Магадане тошно –
Гоп-стоп, не вертухайся! –
Бери кирку, лопату и копай!
А если вертухнешься,
То в карцере проснешься –
И тогда свободу вспоминай!

Фрагмент про чарку глубокую, коня и купцов в Муромском лесу является своеобразным перепевом-переделкой соответствующего отрывка из популярной разбойничьей песни «Что затуманилась, зоренька ясная» (слова Александра Вельтмана, 1831 г., музыку писали многие композиторы, наиболее популярна мелодия Александра Варламова, 1832) [ a-pesni.org ]:

Жаль мне покинуть тебя одинокую,
Певень [ Певень, пивень – петух. ] ударил крылом.
Скоро уж полночь… дай чару глубокую,
Вспень поскорее вином.
Время! Веди ты коня мне любимого,
Крепче держи под уздцы…
Едут с товарами в путь из Касимова
Муромским лесом купцы.

То есть само по себе употребление слова «вертухаться» не означает принадлежности говорящего именно к украинцам. Несомненно одно: арестантский мир действительно заимствовал его из говоров – и хуторских жителей Украины, и деревенских российских парней. Малограмотные селяне, становясь тюремными надзирателями и конвойными, заменяли емким словечком традиционные команды, обращенные к зэкам: «Не двигаться!», «Голову не поворачивать!», «Стоять смирно!» и проч. Но вот так случилось, что именно «окрики “хохлов”» запомнились арестантам более всего. Как мы уже указывали, украинцев во время и после войны на должностях надзирателей было очень много, и они отличались особым рвением.

Гуляло словечко «вертухаться» и среди уголовной братвы. С первых десятилетий ХХ века зафиксировано даже жаргонное «вертухало» в значении «жулик, совершающий кражи на глазах у людей». Но то, что многие лагерники связывают его именно с «хохлами»-надзирателями, и именно в «украизированной» форме «не вэртухайсь!», само по себе симптоматично. Подобная команда вполне естественна в устах тюремного надзирателя наряду с «не дергайся!», «не рыпайся!» по отношению к арестантам, которых выводят из камеры, ведут по тюремному продолу и т.д. Прежде всего, так обращаются к блатарям, к профессиональным уголовникам: именно они ведут себя в тюрьмах, лагерях свободно, вызывающе, нередко позволяя себе подтрунивать над тюремщиками, особенно набранными из деревень. «Политики» и «бытовики» такого себе не позволяли.

И все же – можем мы установить точно, когда именно в лагерной среде возникло слово «вертухай»? С абсолютной точностью – вряд ли. Что касается письменных источников, наиболее ранняя фиксация слова относится к 1946 году. По крайней мере, более раннего упоминания мне отыскать не удалось. Именно тогда в Воронежском следственном управлении вышел для служебного пользования справочник «Слова, употребляемые преступниками, с указанием их значения в обычной разговорной речи». Читаем: «ВЕРТУХАЙ, МЕНТ, МИЛОК, ПЕТУХ, СОЛОВЕЙ, ПОПКА, МЕТЕЛКИ, ФИЛИН – милиционер, тюремный надзиратель». Затем в 1952 году ту же трактовку повторил словарь «Жаргон преступников (пособие для оперативных и следственных работников милиции)», изданный в Москве.

Однако есть и другие сведения. Так, советский фантаст Сергей Снегов, осужденный в 1936 году на десять лет лагерей и вышедший на свободу в 1945 году, относит возникновение «вертухая» к более раннему периоду. В рассказе «Слово есть дело», действие которого происходит в Бутырской тюрьме (1936 год), Снегов пишет: « Со звоном распахнулось дверное окошко. Грозная рожа коридорного вертухая просунулась в отверстие». В небольшом словарике, приложенном к сборнику «Язык, который ненавидит» (1991) поясняется: «Вертухай – надзиратель в коридоре тюрьмы». Правда, следует учесть, что свои тюремно-лагерные рассказы Снегов писал спустя минимум четыре десятилетия после освобождения из ГУЛАГа, и память ему могла изменить, не исключены разного рода «накладки». Милицейский же словарь вышел непосредственно в 1946 году.

Есть ли у нас основания с осторожностью относиться к косвенной датировке Снегова? Пожалуй, есть, и серьезные. В других лагерных воспоминаниях, которые относятся к довоенному времени (речь идет не о десятках, а о сотнях мемуарных источников, с которыми приходится работать) слово «вертухай» не встречается – ни как надзиратель, ни как конвойный, ни как часовой на вышке, вообще никак.

Преимущественно всех перечисленных сотрудников так и называют – надзиратель, охранник, конвойный, стрелок или, скажем, жаргонное «попка».

Показательны в этом смысле воспоминания Олега Волкова «Погружение во тьму» (тоже изданные уже в эпоху «перестройки»). Вот автор описывает Соловки 1928 года: «Надзиратели и конвой потели, терялись, разбираясь в грудах формуляров с неизменными “Ибрагимами-Махмудами-Мустафами-Ахмедами-оглы”».

Те же Соловки чуть позже: «На улице, кроме комаров, были и “попки”, как метко прозвала лагерная братия нахохленных и важных караульщиков, порасставленных на вышках».

Зато вот вам лагерь 1944 года: «Что это? Свет наизнанку? Люди отказываются покидать лагерь, просятся в зону! Клопов кормить, перед всяким вертухаем тянуться. »

А вот 1937 год, «Записки о камере» ростовчанина Владимира Фоменко:
«Стремительно одеваемся кто во что, едим глазами выводного стражника. Выводные стражники, видно, считают: “Если уж гулянье, то гулять обязаны все”».
«Думать мне некогда, вахтер оставил мне пайку хлеба и кружку кипятка на сутки».
«Надзорчики – это наименьшие тюремные начальники: вахтеры, выводные, стрелки. Они – вчерашние красноармейцы, которые после демобилизации решили не возвращаться в колхозы, а жить в тепле-сухе, носить казенное обмундирование, не ишачить на трудных работах».

А вот Михаил Миндлин, мемуарные рассказы «58/10. Анфас и профиль». Автор сидел в Бутырской тюрьме почти в одно время со Снеговым – в 1937 году. Но и у него никакого «вертухая» нет: «Я заявил надзирателю, что никуда не выйду, пока не дадут теплой одежды. В ответ двое «попок» вытащили меня в коридор. Но тут появился начальник конвоя. »

Собственно, и у самого Снегова в довоенных воспоминаниях «вертухай» больше не упоминается. В том же рассказе «Слово есть дело»: «В камеру вошел корпусной с двумя охранниками».

Или рассказ «До первой пурги»: «Стрелки лагерной охраны попадались разные. Большинство были люди как люди, работают с прохладцей, кричат, когда нельзя не кричать, помалкивают, если надо помолчать. Мы любили таких стрелочков».

Слово «вертухай» встречается у лагерников в воспоминаниях, которые относятся к военному времени, а большей частью – к послевоенному. Причем значение его в первые послевоенные годы еще не определилось точно. Если в словаре воронежского следственного управления так определяли тюремного надзирателя и милиционера, то в воспоминаниях Екатерины Матвеевой «История одной зечки» автор дает такой диалог:

«Выгрузка. закончилась быстро.
– Спешат вертухаи, сбились с расписания, – сказала Муха.
– Почему вертухаи? Вертухаи – которые на вышках стоят, вертятся. А это доблестные воины – конвой, охрана! – поправила Муху темноглазая блатнячка. ».

Лишь позднее утвердилось общее значение «вертухая» как определения всех скопом «нехороших тюремщиков» (сотрудников пенитенциарной системы) и каждого из них в отдельности. Особенно часто слово определяет сотрудника тюрьмы или СИЗО – «крытки».

В мемуарах Ивана Дорбы «Свой среди чужих» (время действия – послевоенная советская эпоха) читаем:
«И вот как-то вечером загремел засов и меня вызвали наконец на допрос.
Я не знал, что за это время в КГБ произошли большие перемены. Были освобождены от своих должностей почти все евреи. Вертухай повел меня на другой этаж».

В автобиографическом романе Алексея Павлова «Должно было быть не так» (ельцинская Россия) автор дает короткую справку: «Вертухай, вертух – тюремщик».

Современная детективная повесть Владимира Колычева «Без суда и следствия»:
«Еще через полчаса появился «вертух» и повел их на комиссию. Ничего необычного. Кровь на анализ, осмотр терапевта, рентген.
Баней называлась тесная каморка на три соска. Их попытались загнать туда еще с десятком других зэков.
– Давайте, давайте, – подгонял их вертух».

Итак, подведем итог. Слово «вертухай», судя по воспоминаниям заключенных и письменным источникам, появилось в арго скорее всего во время Великой Отечественной войны и закрепилось в послевоенные годы как определение сотрудников ГУЛАГа (также – работников милиции). Так называли конвоиров, надзирателей, охрану и проч.

Источник

Гоп со смыком. история великой песни

При этом грабители часто использовали реплику-требование «Гоп-стоп!», которая была обращена к жертве и означала требование остановиться. Примерно в этом же смысле она нередко используется и теперь: с целью обратить внимание на себя. Например – «Гоп-стоп, Дима, не проходите мимо!». Или в известной лагерной песенке:

«- Гоп-стоп, Зоя,
Кому давала стоя?
— Начальнику конвоя,
Не выходя из строя!»

Нынешнему читателю «гоп-стоп» более известен по знаменитой песне Александра Розенбаума: «Гоп-стоп, мы подошли из-за угла. ».

Секреты старой пластинки
НО МЫ ЗАБЕЖАЛИ ДАЛЕКО ВПЕРЁД. Ведь Аркадий Северный исполнял «Гоп» уже в то время, когда песня обрела уже огромную популярность. А родилась она…

Да, а когда же она всё-таки родилась? На этот вопрос трудно ответить точно. Некоторые исследователи утверждают, что впервые она прозвучала вместе с песней «С вапнярского кичмана» (позднее – «С одесского кичмана») в спектакле «Республика на колёсах» по пьесе украинского писателя и драматурга Якова Мамонтова. Спектакль был поставлен в Ленинградском театре сатиры. Посему кое-кто даже приписывает текст «Гопа» поэту Борису Тимофееву, сочинившему песенку про кичман.

Однако на самом деле Тимофеев песню про весёлого грабителя не сочинял. Да и в спектакле «Республика на колёсах» её не было. Лишь позднее, в 1932 году, Леонид Утёсов (исполнявший в упомянутом спектакле роль пройдохи-уголовника Андрея Дудки) записал «Гоп со смыком» вместе с «Одесским кичманом» на граммофонную пластинку. Купить её можно было только в магазинах Торгсина (торговля с иностранцами) в обмен на драгоценности или валюту. Певец также включил эти шлягеры в концертную программу своего «теа-джаза» вместе с «Бубличками», «Лимончиками» и прочими шедеврами «чуждой пролетариату» песенной продукции.
Вот как она звучала на пластинке (с прозаическим зачином):

— Вот так я хожу по городе и никто не знает кто я такой.
— Дядька!
— Шо такое?
— Кто ты такой?
— А вы мине не узнали?
— Нет.
— Я же ж Гоп-со-смыком!
— А-а-а!
— Так по этому поводу:

Ой, если дело выйдет очень скверно
И мене убьют тогда, наверно,
В рай все воры попадают,
Пусть, кто честный, те все знают:
Нас там через черный ход пускают.

В раю я на работу тоже выйду,
Возьму с собой я фомку, шпайер, выдру.
Деньги нужны до зарезу,
К Богу в гардероб залезу –
Я его намного не обижу!

Иуда Скариотский там живет,
Скрягой меж святыми он слывет.
Ой, подлец тогда я буду –
Покалечу я Иуду,
Знаю, где червонцы он кладет!

Но это – изрядно «адаптированный» вариант уголовной песни. Согласно известному исследователю фольклора Владимиру Бахтину, до нас дошёл украинский, киевский текст «Гопа», датированный 1926-м годом, в следующей орфографии:

Жил-был на Подоле Гоп со смиком,
Он славился своим басистым криком;
Глотку имел он приздорову,
И ревел он, как корова;
А врагов имел он сто со смиком.

А сколько би в тюрме я ни сидел,
Ну, нет минути, чтоби я не пел.
Заложивши руки в бруки
И под нос пою от скуки,
Что ж тужить, когда уже засел?

По виходи ис тюрми дурницу удишь,
А что сидел в тюрме, то всьо забудиш.
Бистро хватаиш карти в руки,
Двух часов не носиш бруки;
Если ни визьот, что делать будиш?

И так беспереривно пйош и пйош
И гражданам покоя ни даеш.
По трамваям всьо скакаеш,
Рисаков переганяеш,
А биз фонарей дамой не йдьош.

Гоп со смиком я родился, им и сдохну,
А буду умирать, так и ни охну.
Дай мне, боже, ни забица,
Пирид смертью похмелица,
А потом, как мумия, засохну.

А если не похмелють черти мине,
Не дам покою даже сатане.
Дрина де-нибудь дастану,
Чиртинят дубасить стану –
Почиму нет водки на луне?

В котле я буду кипеть та, как гусьонок.
И жарица в агне, как поросенок.
Жарить буду сковородки,
Что ни пил по много водки,
Пикою колоть буду чертьоняк.

А так как я играю и пою,
Наверно буду жить я в раю,
Где живут одне святые,
П’ють бокали налития.
Я такой, что випить не люблю.

Существует похожий вариант 1926 года, записанный в Иркутской тюрьме, который отличается от приведённого выше некоторыми деталями, в частности, более подробным рассказом о пребывании героя в раю, описанием Иоанна Предтечи и Иуды Искариота, а также с рассказом о возвращении Гопа на землю.

Таким образом, можно констатировать, что «Гоп со смыком» является произведением уголовного фольклора, известным по крайней мере с середины 20-х годов прошлого века. А то и в первой половине. В мемуарах Бориса Солоневича «Молодёжь и ГПУ» (вышли в болгарском издательстве «Голос России» в 1937 году) автор описывает, как ему пели эту песню беспризорники, а действие относится ещё ко времени гражданской войны:
«Сенька подбоченился и потопал по песку босыми ногами.
И он начал чистым ясным голоском пeсенку вора:

Тут Сенька разухабисто подмигнул, шевельнул плечами, и видно было, что на полу он иллюстрировал бы пeсенку залихватским танцем.

«Но сколько бы в тюрьмe я не сидeл, та-та
Не было минуты, что-б не пeл.
Заложу я руки в брюки
И хожу, пою от скуки.
Что уж будешь дeлать, коль засeл? Та-та»

. Дальнeйшiя приключенiя вора развиваются своим чередом. Вот он «весело “подыхает”:

«Но если я неправедно живу, та-та,
К чорту попаду я на луну.
Черти там, как в русской печкe,
Жарят грeшников на свeчкe.
И с ними я литровку долбану. та-та».

Приключенiя неунывающаго воришки продолжаются и в раю:

«Там живёт Iуда Искарiот, та-та.
Среди святых лягавым он слывёт.
Гадом буду, не забуду,
Прикалeчу я Iуду:
Пусть, халява, даром не орёт. «».

«ГОП СО СМЫКОМ» СУЩЕСТВОВАЛ ВО МНОЖЕСТВЕ ВАРИАЦИЙ, с разным количеством куплетов и внутренних сюжетов. Например, есть сюжет, который принципиально отличается от приведённых выше:

Родился я у тёщи под забором,
Крестили меня черти косогором,
Старый леший с бородою
Обоссал меня водою Гоп со смыком он меня назвал.

Родился я у тёщи под забором. и т.д.

В некоторых вариантах подробно расписывается райская жизнь с издевательским описанием православных святых и примкнувшего к ним Иуды Искариота:

Но так как я играю и пою,
То жить, наверно, буду я в раю,
Где живут одни святые,
Пьют бокалы налитые.
Я такой, что выпить не люблю.

Кодексов в раю не существует,
Кто захочет, тот идет ворует.
Магазины, лавки, банки –
Там, стоит все для приманки,
О ворах никто и не толкует!

Иван Предтеча там без головы
Имеет свою фабрику халвы.
Даром что он безголовый,
Малый хоть куда фартовый,
А глаза у него, как у совы.

Фома Неверный тоже не бедней.
Его мне окалечить всех верней –
Ведь он в долг святым не верит,
Чистоган всегда имеет,-
Отберу, пока их не пропил.

И всех святых я рад буду калечить,
Чтоб жизнь свою земную обеспечить.
Заберусь к Петру и Павлу,
Ни копейки не оставлю –
Они пускай хоть с голоду подохнут.

Николку я недавно повстречал.
Признаться, старикашку не узнал:
Чудеса творить он бросил,
Ходит милостыню просит
(На пенсии, как видно, не прожить!).

Исус Христос совсем переродился,
Ответственным лицом быть ухитрился:
Стал он важным финансистом,
Славится специалистом,
Говорил, что здорово нажился.

Архангел всем известный Михаил
С Исусом все кампанию водил:
Часто вместе выпивали
И с девчонками гуляли,-
Меж святых Распутиным он слыл.

Святой Георгий тоже там живет,
Но меж святых буяном он слывет:
Нет того дня, чтоб не подрался
Или с кем не поругался,
Панику на всех в раю наводит.

Илья-пророк живет на том же свете,
Катается в серебряной карете.
У него лошадки чудо,
Прокатиться бы не худо.
Заберу, продам их на Конной.

Занялся темным делом Гавриил
(Архангелом хорошим раньше был),
Теперь ходит по фасону,
Все берет на фармазону,
У Николки торбу тоже двинул.

По поводу Марии Магдалины существует свидетельство, что эта тема развивалась в не дошедших до нас версиях более полно и цинично. Так, в «Автобиографии» Давида Арманда, которая относится к довоенному ГУЛАГу, читаем о «Гопе со смыком»:
«Песня была полуцензурной. Пока Гоп-со-смыком играл в карты, умирал, попадал на Луну, дрался с чертями, напивался, покупал шкуру (крал бумажники), в том числе у Иуды Искариота, её можно было слушать не краснея. Но когда на Луне он встречал Марию Магдалину, начиналось чёрт знает что».

Завершается «Гоп» часто «моралью»:

Существует великое множество вариантов воровской баллады. Недаром в одной из переработок этой известной блатной песни говорится:

«Гоп со смыком» петь неинтересно:
Все двадцать три куплета нам известны…

В другом случае число «известных» куплетов увеличивается до ста двадцати двух:

Гоп-со-смыком петь не интересно, да-да,
Сто двадцать два куплета вам известно, да-да,
Лучше я спою такую
Ленинградскую блатную,
Как поют филоны в лагерях, да-да.

Мы знакомим читателя с главными сюжетными линиями и вариациями «Гопа». Они необходимы для того, чтобы понять, каким образом возникла песня, как в дальнейшем повлияла на народную песенную культуру, как отразила важные события в жизни нашей страны. Лучше всего передал краткое содержание песни филолог Сергей Неклюдов:

На трамвай бежишь-скакаешь,
Все карманы очищаешь…

Именно в 20-е годы прошлого века жаргонное «скакать» ещё сохраняло значение «воровать на ходу из трамвая». Возникло оно до революции и первоначально значило кражу с конки, когда воришка запрыгивал на ходу в вагон, выхватывал у кого-нибудь сумку или кошелёк, соскакивал и убегал. Это и значило «скачок с прихватом». Позднее термины «скачок», «скок» стали использоваться в смысле «кража» (прежде всего квартирная), и прежнее «скокарь» как трамвайный вор было вытеснено значением «квартирный вор».

Я парень фартовый,
Родился на Подоле,
Меня все знали,
Проходимцем звали.

Хоть бедным родился,
Но скоро нажился.
Буржую в хавиру
Не раз вломился я.

Грабил я кассы,
И других вещей массы;
Загонял блатному
Янкелю портному
Проживал, ей-богу,
На широку ногу.

Мильтоны поймали
И двенадцать лет каторги
Судьи припаяли.
Просидел в Сибири
Я четыре года;
Нас освободили
В дни переворота…

В общем, достаточно уверенно можно констатировать, что место возникновения блатной баллады о Гопе со смыком – Киев. Об этом свидетельствует не только устойчивый мотив о рождении героя на Подоле (то есть в киевском районе), но и наличие среди самых старых записей украинизированных вариантов песни.

К тому же выводу приходит в автобиографической повести «Паутина (юность в неволе)» и Артур Вейлерт, который провёл в ГУЛАГе тринадцать военных и послевоенных лет. Он пишет:

«Пели и грубую, глупую бандитскую песню “Гоп–со–смыком”:
—Жил–был на Подоле гоп–со–смыком, да, да. Славился своим басистым криком, да, да. И т.д. сто двадцать три куплета.
Эту песню я потом слышал во всех тюрьмах, во всех камерах, в которых я вынужден был находиться. Она была как бы гимном детей подземелья, входила в их обязательную программу. Потом, через много лет я был в Киеве, и вдруг узнал, что этот “Подол” – один из киевских городских районов. Вполне возможно, что песня идёт из Киева».

ПРАВДА, КАК МЫ ПОМНИМ, существуют и другие варианты рождения балладного героя:

Родился я у беса под забором,
Крестили меня черти с косогора.
Дядька с рыжей бородою
Окропил меня водою.

Думается, это – уже переработка в русле русской песенной традиции. Миру народных образов свойственны поэтические описания необыкновенного рождения героя. Подобного рода фольклорные мотивы встречаются, например, в поэзии Сергея Есенина:

Родился я с песнями в травном одеяле.
Зори меня вешние в радугу свивали.
Вырос я до зрелости, внук купальской ночи,
Сутемень колдовная счастье мне пророчит.

Родила меня мать под забором
И спустила меня в нищету

Меня мать ночью родила
В овраге под забором.

Более развёрнутый вариант, сопоставимый с зачином «Гопа», приводит в своих записных книжках 1914-1919 годов («Землемер») Евгений Замятин:

В «Гоп-со-смыком» рождение в овраге и под забором с пьяной имитацией крещения приобретает явный дьявольский окрас, характерный для «чёрной мессы», то есть сатанинского действа, прямо пародирующего церковные христианские обряды. На это указывают и соответствующие персонажи: черти, бес, леший, а также «дядька с рыжей бородою» (рыжий цвет волос – признак ведьмы или ведьмака) или дед с козлиной бородою (козлиные атрибуты – указание на дьявола).

Таким образом, с распространением по стране «Гоп» обогащается мотивами русского песенного фольклора.

«На Луне найду себе жену»
ПЕРЕЙДЁМ К ОТДЕЛЬНЫМ СЮЖЕТАМ блатной баллады. Прежде всего, чрезвычайно любопытно путешествие героя на Луну, где расположился ад с чертями.

Первое очевидное объяснение этого мотива несложно отыскать в уголовном жаргоне, где выражение «послать на луну», «отправить на луну» означает «расстрелять». Это объяснение встречается уже в словаре «Блатная музыка» С.М.Потапова (Народный комиссариат внутренних дел, 1927): «На луну – расстрел». Выражение было популярно и позднее, в 30-е годы. Так, в рассказе «Букинист» Варлам Шаламов спрашивает своего собеседника:

— Где же теперь эти врачи?
— Кто знает? На луне, вероятно.

То есть расстреляны.

Однако более ранних свидетельств существования этого выражения в уголовном жаргоне мне найти не удалось. Так что остаётся открытым вопрос: то ли неведомый автор песни о Гопе развил жаргонный фразеологизм в фантасмагорическую картину, то ли напротив – жаргонизм появился под влиянием блатной песни? Мне представляется более вероятным последнее. Скорее всего, сюжет «Гопа» о путешествии на луну имеет свой собственный источник.

Обращает на себя внимание один из вариантов песни, где герой отправляется на луну с определённой целью:

Почему герой неожиданно отправляется за женой на луну, не совсем ясно. В русском и украинском фольклоре такой сюжет отсутствует напрочь. Так что на уголовного «песняра» воздействовали иные источники.

Есть ещё одно остроумное предположение. В 1922-1923 годах Алексей Николаевич Толстой создаёт фантастический роман «Аэлита» о путешествии инженера Лося на Марс, где тот влюбляется в марсианку Аэлиту. Роман пользовался в Советской России бешеной популярностью: в 1924 году режиссёр Яков Протазанов поставил одноименный фильм. Вот Гоп со смыком и решил последовать на поиски жены по маршруту инженера Лося, но несколько ближе! Хотя в иронически-издевательской песне жена эта, в противовес романтической истории, оказывается кривой и горбатой.

Напомним также, что украинском тексте 1926-го года никакой луны нет, хотя рассказывается о пребывании Гопа у чертей в аду и его муках. Видимо, позднее вариант путешествия за женой на луну и вариант путешествия к чертям в ад объединились в один, а причём жена оказалась лишней и исчезла.

Правда, Павел Васильев в поэме «Христолюбовские ситцы» (1935-1936), рассказывая о гражданской войне, цитирует вариант «Гопа», где упоминается жена вообще без лунно-фольклорных изысков:

Вспомним про блатную старину, да-да,
Оставляю корешам жену, да-да.
Передайте передачу,
Перед смертью не заплачу,
Перед пулей глазом не моргну!

«Попаду я к чёрту на луну»
НАСЧЁТ ЧЕРТЕЙ ВСЁ ОЧЕВИДНЕЕ. В представлениях славян, равно как и многих других народов мира, луна ассоциируется с загробным миром, с областью смерти и противопоставляется солнцу как божеству дневного света, тепла и жизни. Отсюда естественно утверждение Гопа:

Если я когда-нибудь умру,
Попаду я к чёрту на луну…

У славян известно верование, согласно которому умершие души направляются на месяц. По сербским поверьям, чтобы узнать, жив ли долго отсутствующий родственник, нужно было трижды окунуть человеческий череп в ключевую воду, а затем в полночь во время полнолуния посмотреть сквозь отверстия черепа на месяц. Если человек жив, он возникнет перед смотрящим, а если мёртв, то окажется на месяце.

Кроме того, у славян существует богатая традиция сказок и быличек о путешествии людей на тот свет – как в рай, так и в ад, с последующим возвращением героев домой. Например, «Скрипач в аду», где скрипач проваливается в преисподнюю и три года играет на скрипке для чертей. В быличке «Горький пьяница» у молодого человека умирает отец, и герой вызволяет отца из пекла, где тот возит дрова и воду в образе старой лошади. Можно вспомнить и другие мотивы, связанные с нечистыми. Прежде всего – многочисленные вариации сюжета «солдат и черти».

Обратимся к ещё одной известной классической уголовной песне, в которой повествуется о встрече героя с чертями. Называется она «Сам я вятский уроженец»:

Сам я вятский уроженец,
Много горького видал,
Всю Россию я объехал,
Даже в Питере бывал.

Прикандыбил на хавиру
И как вкопанный я стал:
За столом четыре чёрта
В карты резалися там.

Черти вмиг переглянулись,
Побелели, как мука:
Знают черти, что на деле
Не дрожит моя рука.

Я, браток, не фраернулся:
Всех чертей под стол загнал,
Все их звонкие червонцы
Сгрёб рукою со стола.

Песня построена на одном из любимых сюжетов русского фольклора, когда солдат играет в карты с чертями. По народным поверьям, игра в карты – любимая бесовская забава. В ряде вариантов выигравший герой творит над нечистыми физическую расправу. Например, в сказке «Солдат избавляет царевну» бравый вояка охаживает железным прутом самого Сатану! Так что строки «Дрын дубовый я достану / И чертей калечить стану» имеют фольклорную первооснову.

В многочисленных вариациях сюжета «солдат и чёрт» есть немало таких, где солдат предпочитает раю ад, потому что в пекле можно вдоволь пить и курить:

«Ходил он, ходил по райским местам, подошел к святым отцам и спрашивает: “Не продаст ли кто табаку?” — “Какой, служба, табак! Тут рай, царство небесное!”. Солдат замолчал. Опять ходил он, ходил по райским местам, подошел в другой раз к святым отцам и спрашивает: “Не продают ли где близко вина?” — “Ах ты, служба-служба! Какое тут вино! Здесь рай, царство небесное” — “Какой тут рай: ни табаку, ни вина!” — сказал солдат и ушел вон из раю…
Бежит нечистая сила: “Что угодно, господин служба?” …Привели солдата в пекло. “А что, табак есть?” — спрашивает он у нечистой силы. “Есть, служивой!” — “А вино есть?” — “И вино есть!” — “Подавай всего!” Подали ему нечистые трубку с табаком и полуштоф перцовки. Солдат пьет-гуляет, трубку покуривает, и радехонек стал: “Вот взаправду рай — так рай!”

Итак, в русских сказках «райская жизнь» ассоциируется с непременным пьянством. Мотив загробных кутежей и возлияний существует и в средневековой западноевропейской традиции:

«В сатирической поэме о ложных видениях рисуется пир, якобы заданный Христом посетителю загробного мира. Угощают и в Аду: грешникам подносят наполненные жидкостью бокалы. » (А. Гуревич. «Западноевропейские видения потустороннего мира и «реализм» средних веков»).

Собственно, это не противоречит Новому Завету, где Иисус Христос пирует в Кане Галилейской и превращает воду в вино, а также утверждает своим ученикам, что он есмь истинная виноградная лоза. Так что утверждение Гопа со смыком, будто в раю святые «пьют наливочки густые», основано не на пустом месте…

НЕКОТОРЫЕ ИССЛЕДОВАТЕЛИ ВСПОМИНАЮТ также богатую литературную традицию путешествий на Луну. Это допущение кажется слишком смелым: где – литературная традиция и где – малограмотные уркаганы? Однако в дальнейшем мы убедимся, что в создании воровской баллады принимали участие не только уголовники, но и представители бывшего духовенства, скорее всего, из семинаристов и попов-расстриг. То есть публика достаточно образованная.

Не стану описывать всю историю путешествий на Селену (античное название Луны). Вспомним наиболее известные. Первое составил во втором веке нашей эры греческий писатель-сатирик Лукиан Самосатский. В сочинении «Икароменипп, или Заоблачный полет» Лукиан посылает к Селене своего героя Мениппа – на крыльях, одно из которых заимствовано у коршуна, другое – у орла. На луну во время путешествия по загробному миру попадает Данте. Эта планета находится в первом из райских кругов и населена душами людей, которые, дав обет девственности, нарушили его не по своей вине. Известный французский поэт, физик и музыкант Сирано де Бержерак достигает луны при помощи подбрасываемых вверх кусков магнитной руды. Барон Мюнхгаузен совершил на Селену целых два путешествия. В первом он влез туда по бобовой лозе, во втором его корабль был заброшен на луну бурей. В девятнадцатом веке Эдгар По запускает к луне Ганса Пфааля на воздушном шаре, Жюль Верн – трёх учёных в снаряде, пущенном из пушки, а в 1901-м году Герберт Уэллс забрасывает туда же своих героев Кейвора и Бедфорда.

Всё это вроде бы далеко от «Гопа со смыком». Но обратимся к 20-м годам прошлого века. Оказывается, в это время Советскую Россию захлестнул поток фантастической литературы о путешествиях на луну и «лунатиках». В. Бугров в эссе «Обитаемая луна» замечает по поводу таких «лунных путешествий» и рассказов о них:

«Влияние в изобилии переводившейся у нас западной беллетристики остро чувствовалось в двадцатые годы в только-только зарождавшейся советской фантастике».

Уже упомянутый Герберт Уэллс в романе «Первые люди на Луне» (он пользовался большой популярностью в России) описывает лунатиков следующим образом:

« Все они казались каким-то гротеском, уродливой карикатурой на людей. Если это пастух, то он снабжен длинными ремнеобразными щупальцами. Если это носильщик, то он представляет собою кривобокое существо с огромными плечами… у машинистов благодаря особым прививкам отрастают длинные «руки»; стеклодуву увеличивают легкие, превращая их попросту в легочный мех. »

«У них под крыльями, широкими крыльями из натянутой на костях перепонки, есть что-то вроде гибких змеиных рук с шестипалой кистью. Всё тело покрыто черным коротким волосом, мягким, густым и блестящим, кроме лба и ладоней. В этих ладонях их сила. Если они обеими ладонями вместе коснутся обнаженного человеческого тела, то человека потрясает дрожь, причиняющая боль, а иногда и смерть».

Иначе видит «лунатиков» Виктор Гончаров в романе «Психомашина» (1924):

И так далее. Другими словами, популярная литература навязывала массовому сознанию образ мерзких чудовищ, обитающих на луне, которые мало отличались от чертей. Сейчас трудно даже представить, какое множество фантастических историй о полётах на луну публиковалось для населения Республики Советов. Так что влияние массовой литературы на образы песенной баллады о Гопе не стоит сбрасывать со счетов.

Интересный факт. Мы уже упоминали, что на блатной фольклор воздействовали сюжеты народного творчества, где герой (солдат) играет с чертями в карты. Представьте себе, в 20-е годы прошлого века место чертей в этом сюжете заняли… селениты! Правда, не в фольклоре, а в творчестве поэта Николая Оцупа. В 1921 году он написал стихотворение «Любовь», где мы читаем:

«Снова воздух пьяного марта,
Снова ночь моего обручения.
Селениты на крыше играют в карты,
И я попросил разрешения.

У теплой трубы занимаю место,
Голоса звенят колокольцами:
«Пять алмазов. на карте ваша невеста».
Пальцы крупье с белыми кольцами.

Небо лунную руку простёрло,
Страшный крик за оградою,
Я хватаю крупье за горло
И прямо в прошлое падаю»

Из стихотворения косвенно следует, что в сознании людей представления о селенитах и чертях были достаточно близки. Во всяком случае, образы обитателей Луны не были «страшно далеки от народа»…

И В ЗАВЕРШЕНИЕ «ЛУННОГО СЮЖЕТА» остановимся на ещё одной любопытной детали. Помните, в рассказе об адских муках Гоп со смыком сообщает:

Черти там, как в русской печке,
Жарят грешников на свечке.

Довольно странный способ! Ведь свеча – это как раз атрибут не чёрта, а Бога. Однако всё покажется не столь странным, ежели мы вспомним известную поговорку «Ни Богу свечка, ни чёрту кочерга» (или в других вариантах – «ни чёрту ожег», «ни чёрту огарок»). «Кочерга» в данном случае – огарок свечи. Скорее всего, поговорка имеет непосредственное отношение к славянскому фольклорному сюжету о двух свечах, которые «на всякий случай» молящийся ставит и Богу, и чёрту (ведь неизвестно, куда предстоит попасть на том свете – в рай или в ад). Рассказ об этом, в частности, встречается в «Российской универсальной грамматике» Н. Курганова (1769). А вот один из фольклорных вариантов:

«Одна баба, ставя по праздникам свечу перед образом Георгия Победоносца, завсегда показывала змию кукиш.
— Вот тебе, Егорий, свечка; а тебе шиш, окаянному.
Этим она так рассердила нечистого, что он не вытерпел; явился к ней во сне и стал стращать:
— Ну уж попадись ты только ко мне в ад, натерпишься муки!
После того баба ставила по свечке и Егорию, и змию. Люди и спрашивают, зачем она это делает?
— Да как же, родимые! Ведь незнамо еще, куда попадешь: либо в рай, либо в ад!»

«Жить, наверно, буду я в раю»
ЗНАЧИТЕЛЬНАЯ ЧАСТЬ БАЛЛАДНОГО ПОВЕСТВОВАНИЯ отведена рассказу о пребывании героя в раю. Подобный сюжет, как и сюжет о пребывании героя в аду, довольно распространён в славянском (в том числе русском) фольклоре. Например, «Сапожник на небе», где сапожник оказывается в раю, но его оттуда изгоняют за склочный нрав. Нередко герой успевает побывать и в раю, и в аду. Например, в быличке «Как купцов сын у Господа в гостях был» сын купца сначала пирует с Господом в раю, а затем путешествует с Ним в ад. Есть сюжет о том, как мужик путешествует по раю и по аду с Николаем-Угодником. В рассказе «Как царь Соломон из ада вышел» повествуется, как библейский Соломон перехитрил чертей и сбежал из пекла в рай. В быличке «Обмиравшая» героиня слушает рассказ горького пьяницы, которого освободил из ада ангел-хранитель.

Наиболее перекликающийся с «Гопом» источник – древнерусская «Повесть о бражнике како внииде в рай». Мы помним, что значительная часть воровской баллады посвящена издевательской насмешке над святыми и перечислению их неблаговидных поступков. «Гоп со смыком» в этом смысле продолжает русскую (вернее сказать, славянскую) смеховую традицию «Повести о бражнике».

Другими словами, у «Гопа» и «Бражника» полностью совпадают мотивы разоблачения неблаговидных поступков «райского общества».

ТЕМА НАСМЕШЕК И ИЗДЕВАТЕЛЬСТВА НАД СВЯТЫМИ позднее была продолжена в русской фольклорной традиции. Мы имеем в виду век девятнадцатый, когда возникла известная богохульная студенческая песенка «Там, где Крюков-канал и Фонтанка-река…». Несмотря на явный отсыл к Петербургу (где находятся соответствующий канал и река), старейшая запись этой песни сделана в Казани и с казанскими топонимами (Казанка-река и т.д.) в середине XIX века. Есть и множество других вариантов, в том числе киевский со Святым Владимиром (вместо святых Исаакия и Харлампия, храмы в честь которых стоят в Петербурге), а также, а также, возможно, московский с Василием Святым. Приведём для иллюстрации «питерский» и «киевский» (наиболее богохульный) тексты:

Там, где Крюков канал и Фонтанка-река,
Словно брат и сестра, обнимаются,
Там студенты живут, они песни поют
И еще кое-чем занимаются –
Через тумбу-тумбу-раз, через тумбу-тумбу-два,
Через тумбу-три-четыре спотыкаются.

А Исакий святой с колокольни большой
На студентов глядит, улыбается –
Он и сам бы не прочь погулять с ними ночь,
Но на старости лет не решается.
Через тумбу-тумбу-раз.

Но соблазн был велик, и решился старик –
С колокольни своей он спускается.
Он и песни поёт, ёерту душу продаёт
И ещё кое-чем занимается –
Через тумбу-тумбу-раз.

А святой Гавриил в небеса доложил,
Чем Исакий святой занимается,
Что он горькую пьёт, чёрту душу продаёт
И ещё кое-чем занимается –
Через тумбу-тумбу-раз.

В небесах был совет, и издал Бог завет,
Что Исаакий святой отлучается,
Мол, он горькую пьёт, чёрту душу продаёт
И ещё кое-чем занимается –
Через тумбу-тумбу-раз.

На земле ж был совет и решил факультет,
Что Исаакий святой зачисляется:
Он и горькую пьёт, он и песни поёт
И ещё кое-чем занимается –
Через тумбу-тумбу-раз.

А святой Гавриил по рогам получил
И с тех пор доносить не решается.
Он сам горькую пьёт, чёрту душу продаёт
И ещё кое-чем занимается –
Через тумбу-тумбу-раз.

В киевском варианте количество святых, ведущих разгульный образ жизни, увеличивается:

От зари до зари,
Лишь зажгут фонари,
Все студенты по Киеву шляются.
Они горькую пьют,
И на бога плюют,
И ещё кое-чем занимаются.

А Владимир Святой
Бросил крест под горой,
К ним он с горки спускается.
Он и горькую пьёт,
И на бога плюёт,
И ещё кое-чем занимается.
.

А святая Елена
Поломала колено –
Богу в рай доложить не решается:
Она горькую пьёт,
И на бога плюёт,
И ещё кое-чем занимается
.

А Христоша, наш бог,
Налакался, как мог,
Под забором он пьяный валяется.
Он и горькую пьёт, на себя он плюёт,
И ещё кое-чем занимается.

А святой Матфей
С колокольни своей
Всё глядит и похабно ухмыляется:
Он и сам бы не прочь
Провести с милой ночь,
Но на старости лет не решается.

Он же в качестве косвенного подтверждения того, что «Гоп со смыком», скорее всего, был составлен в деклассированной и криминализованной среде бывших семинаристов или низшего духовенства, приводит отрывок из поэмы Павла Васильева «Христолюбовские ситцы» (1935-1936), действие которой происходит в 20-е годы в Павлодаре. В ней дается описание «неукротимой» пивной, где собирается «народ отпетый» и цитируется один из вариантов «Гоп-со-смыком»:

И ждали воры в дырах мрака,
Когда отчаянная драка
В безумье очи заведёт….

И (человечьи ли?) уста,
Под электричеством оскалясь,
Проговорят:
Ага, попались
В Исуса,
Господа,
Христа!

И выделялись средь толпы,
Состригшие под скобку гривы,
Осоловевшие от пива,
От слёз свирепые попы!

Вся эта рвань готова снова
С батьком хорошим двинуть в поле,
Было б оружье им да воля,
Громить,
Расстреливать
И жечь…

— Так спой, братишка,
Гоп со смыком,
Про те ль подольские дела.

(Вспомним про блатную старину, да-да,
Оставляю корешам жену, да-да.
Передайте передачу,
Перед смертью не заплачу,
Перед пулей глазом не моргну!)

Отдельной строкой проходят священнослужители:
Папа Юлий торгует с лотка пирожками,
Папа Бонифаций Восьмой торгует тесьмой,
Папа Николай Третий продает бумагу,
Папа Александр — крысолов,
Папа Каликст бреет непотребные места,
Папа Урбин — приживал,
Папа Сикст лечит от дурной болезни.

Далее Рабле продолжает издеваться над представителями церкви:
«Я видел, как Патлен, казначей Радаманта, приценивался к пирожкам, которыми торговал папа Юлий.
«Почём десяток?» — спросил Патлен.
«Три бланка», — отвечал папа.
«Не хочешь ли три удара палкой? — сказал Патлен. — Давай сюда пирожки, негодяй, а сам ступай за другими».
Бедный папа заплакал и пошел. Он сказал своему хозяину-пирожнику, что у него отняли пирожки, а тот отхлестал его так, что кожа его не годилась потом даже на волынку.
Я видел, как мэтр Жан Лемер, изображая папу, заставлял всех бывших королей и пап целовать ему ногу, затем важно, по-кошачьи выгибая спину, благословлял их и приговаривал:
«Покупайте индульгенции, бестии вы этакие, покупайте, благо дёшевы! Разрешаю вас от вин и гренков, то бишь от вин и грехов, и позволяю вам оставаться никчемными людьми до конца дней».

Разумеется, в раю не обходится без выпивки и блуда:
«Я видел Эпиктета, одетого со вкусом, по французской моде: под купой дерев он развлекался с компанией девиц — пил, танцевал, закатывал пиры по всякому поводу, а возле него лежала груда экю с изображением солнца.
Увидев меня, он любезно предложил мне выпить, я охотно согласился, и мы с ним хлопнули по-богословски».

Кстати, именно у Франсуа Рабле встречается и мотив кражи на том свете. Кир выпрашивает у Эпиктета милостыню, и тот даёт ему экю:
«Обрадовался Кир такому богатому улову, однако ж всякое прочее жульё, которое там околачивается, как, например, Александр Великий, Дарий и другие, ночью обчистили его».

Благоденствует на том свете и поэт Франсуа Виллон, который, по преданию, был уголовником и сочинил ряд баллад на жаргоне кокийяров – средневековых французских профессиональных преступников.

Как легко убедиться, по тому же принципу построена богохульная песня о святом Исаакии (Харлампии, Владимире, Василии). Мотивы пьянства, распутства, воровства, торгашества и проч. перекочевали и в «Гоп со смыком». Влияние Рабле и раблезианства на эту уголовную балладу очевидно; другое дело, можно спорить о путях этого влияния – скорее всего, опосредованных, через низовую семинарскую субкультуру.

Негритянский «Гоп со смыком»
ИНТЕРЕСЕН В ЭТОЙ СВЯЗИ ЕЩЁ ОДИН ЯРКИЙ ПРИМЕР песенного панибратства с библейскими персонажами. Он, конечно, не имел влияния на возникновение блатного русского эпоса, но прекрасно иллюстрирует мысль о том, что ироническое переосмысление сюжетов Библии не является чем-то из ряда вон выходящим.

Подобные особенности церковных гимнов давали возможность прихожанам создавать и шутливые песни, где с лёгким юмором переосмысливались библейские сюжеты. На одну из таких песенок, которую распевали весёлые негры, я наткнулся в сборнике «Народ, да!» (1983), где собраны произведения североамериканского фольклора за 200 с лишком лет. Называется она «Я родился десять тысяч лет назад»:

Мой сосед был укротитель Даниил,
И Самсон могучий тоже рядом жил:
Заводил с Далилой шашни,
В Вавилоне строил башни,
А однажды не такое учудил!

Соломона я прославил на века,
И в рокфорский сыр пустил я червяка;
А когда с Мафусаилом
Плыли мы широким Нилом,
Спас я бороду его от сквозняка!

«Хочет поп на небо прыснуть»
НО ВОТ ВОПРОС: почему в уголовной балладе так обильно представлены богохульные мотивы и почему они конце концов исчезают из «Гопа со смыком»?

Совершим небольшой исторический экскурс. В уголовном мире царской России уважения к религии и к её служителям не было. Скорее, наоборот. Пётр Якубович в мемуарах «Записки бывшего каторжника» пишет:

«. Особенно ярко проявлялась ненависть арестантов к духовенству. Последнее пользовалось почему-то одинаковой непопулярностью среди всех, поголовно всех обитателей каторги. Это какая-то традиционная, передающаяся от одной генерации арестантов к другой вражда…».

Причина ненависти к духовенству со стороны уголовно-арестантского мира заключалась в том, что церковь как социальный институт пользовалась всемерной поддержкой государства и как бы освящала собой все несправедливости, государством творимые. При этом духовники призывали народ к смирению, терпению и непротивлению. Что особо бесило именно бесшабашных, вольнолюбивых, строптивых «бродяг», «варнаков», «босяков». То есть ведущую роль играл дух противоречия.

После Октябрьской революции в число главных своих врагов большевистская власть наряду с дворянством в первую голову зачислила и духовенство. В стране подверглись разграблению церковные ценности, сносились храмы, представлявшие собою шедевры зодчества. Особым репрессиям подвергались церковнослужители. Они были объявлены «классовыми врагами» и подвергнуты жестоким репрессиям. Сами священнослужители нередко открыто становились на сторону врагов революции; кроме того, священники резко осудили декрет об отделении церкви от государства и призвали всех православных к его саботированию.
Большевики с приходом к власти развернули политику тотальной антирелигиозной пропаганды. В неё включается «Союз безбожников» во главе с Емельяном Ярославским. Создаётся крупное государственное издательство «Атеист», выходит в свет иллюстрированная газета «Безбожник» (к конце 20-х годов тираж её достиг 500 тыс. экз.), псевдонаучный журнал «Антирелигиозник»…

Закрываются или уничтожаются церкви и монастыри. Многие из них приспосабливаются под клубы, кинотеатры, библиотеки, склады утильсырья, колонии для беспризорных.

Кстати, существует также антиклерикальный песенный отрывок, по сюжету никак не связанный с «Гопом», однако представляющий собой его переделку. Как сообщает в Интернете некий Сергей Соловьёв, он слышал эту песню в Сибири, но запомнил лишь два куплета:

Говорят, у бога денег много,
Только далека туда дорога.
Хочет поп на небо прыснуть,
А потом на землю сбрызнуть,
Да не знает, как туда добраться.

ОДНАКО В ПОСЛЕДУЮЩЕМ СЮЖЕТ О ЖИТИИ СВЯТЫХ в раю практически выпадает из уголовной баллады. Разумеется, свою роль сыграла пластинка Утёсова, вышедшая в 1932 году. Леонид Осипович исполнил сильно усечённый вариант «Гопа», и этот текст оказал влияние на последующее устное бытование песни. Но вряд ли это обстоятельство имеет решающее значение. Ведь когда-то в Ленинграде выходила на пластинке и вариация «Мурки» без уголовной атрибутики, в стиле «жестокого романса». Однако влияния на сюжет дворовой и уголовной песни он не оказал.

Есть куда более серьёзные обстоятельства. Дело в том, что уже со второй половины 30-х годов отношение Советского государства к религии стало меняться. Это изменение с негодованием отметил уже в 1936 году Лев Троцкий в труде «Преданная революция»:
«Ныне штурм небес, как и штурм семьи, приостановлен. По отношению к религии устанавливается постепенно режим иронического нейтралитета».

Немыслим был этот процесс без возрождения уважения к Русской Церкви, православной вере, что отчётливо видно в истории с разгромом оперы «Богатыри» в Камерном театре. Вообще-то эта опера-фарс была создана ещё в 1867 году композитором Александром Бородиным (автором «Князя Игоря») на либретто драматурга В. А. Крылова и являлась пародией на распространённый в то время жанр русской «романтико-исторической» оперы. Бородин использовал мелодии Ж.Оффенбаха, Дж.Мейербера, А.Серова, русских песен и т.п.

Однако в начале 30-х годов либретто оперы взялся «творчески обновить» Демьян Бедный. Безобидный, незлобный юмор Бородина и Крылова обратился в издевательство и надругательство над великим князем Владимиром Святославичем, русскими богатырями и крещением Руси. Вышедшая на подмостки в 1932 году, «опера» всячески восхвалялась официальной пропагандой. Былинные богатыри выступали в роли жандармской охранки, а князь Владимир представал тираном-держимордой.

В 1936 году режиссёр Таиров решает возродить эту мерзость в своём театре. Однако неожиданно знаменитый театральный деятель получает звонкую оплеуху: постановлением Комитета по делам искусств «Богатыри» категорически запрещены! Причины запрещения совершенно замечательны:

«Спектакль. а) является попыткой возвеличить разбойников Киевской Руси как положительный революционный элемент, что противоречит истории. б) огульно чернит богатырей русского былинного эпоса, в то время как главнейшие из богатырей являются. носителями героических черт русского народа; в)даёт антиисторическое и издевательское изображение крещения Руси, являвшегося в действительности положительным этапом в истории русского народа».

Фактически крещение Руси и роль православия в истории государства получают положительную оценку! Таким образом, власть стремилась завоевать авторитет у верующей части населения.

В ответ советская власть закрыла все антирелигиозные издания и распустила «Союз воинствующих безбожников». 9 ноября 1942 года митрополит Сергий направляет лично Сталину поздравительную телеграмму следующего содержания: «Я приветствую в Вашем лице богоизбранного вождя. который ведёт нас к победе, к процветанию в мире и к светлому будущему народов. ». Телеграмму тут же публикует газета «Правда». 4 сентября Сталин принимает в Кремле трёх высших иерархов РПЦ и даёт согласие на избрание патриарха (чей престол пустовал с 1924 года). Созванный 7 сентября 1943 года первый с 1917 года Поместный собор избрал патриархом митрополита Сергия. В августе 1945 года, после Великой Победы, церкви было разрешено приобретать здания и предметы культа.

С тех пор популярна в арестантском мире так называемая «воровская молитва»:
Господи, спаси и сохрани
От моря Охотского,
Конвоя вологодского,
От лагерной вышки,
От короткой стрижки,
От злобных ключников,
От стальных наручников,
От земли-матушки,
От кирки-лопатушки,
От хозяина-беса,
От пайки-недовеса
и проч.

С изменением отношения воровского мира к православию из знаменитой блатной баллады «Гоп со смыком» исчезают и куплеты, связанные с издевательством над святыми. Остаётся лишь Иуда Искариот да Господь Бог, которого Гоп обещает «намного не обидеть».

МЫ РАССКАЗАЛИ ЛИШЬ О «КАНОНИЧЕСКОМ» ВАРИАНТЕ великого блатного эпоса. Но ведь «Гоп со смыком» оказал огромное влияние на русскую низовую песенную культуру и породил бесчисленное множество всевозможных переделок, отражавших историю Страны Советов. Однако об этом имеет смысл поговорить отдельно.

Источник