Что такое морфология

Морфология — это раздел науки о языке, который изучает слово как часть речи. В задачи морфологии входит определение слова как особого языкового объекта и описание его внутренней структуры.

Что такое морфология в русском языке

Слово «морфология» греческого происхождения. В его составе присутствуют два греческих корня: morphe, что значит «форма» + logos, которое переведем как «разум, понятие, мысль, речь и слово».

Понятие «морфология» многозначное. Оно встречается в биологии, например, морфология растений, морфология животных (в том числе и человека).

В лингвистике словом «морфология» называют науку о слове с точки зрения отнесённости его к определенной части речи. В русском языке все окружающие нас слова можно отнести к десяти частям речи, которые в свою очередь делятся на самостоятельные, служебные и междометия.

К самостоятельным частям речи отнесем слова, которые называют предметы (существительное), признаки предметов (прилагательное), действия (глагол), количество предметов и порядок их при счёте (числительное) и обозначают все эти понятия, кроме действий, (наречия), а также указывают на них (местоимения).

Слова самостоятельных частей речи имеют определенное лексическое значение, выступают в роли главных или второстепенных членов предложения, могут определяться, поясняться словами других частей речи (добрый человек — очень добрый человек).

Служебных частей речи в русском языке всего три:

Они не имеют самостоятельного лексического значения, не являются членами предложения, но могут входить в их состав. Служебные части речи используются для выражения отношений между самостоятельными частями речи, между словосочетаниями и между предложениями, для придания предложению разных оттенков значения.

Особняком в русской морфологии стоит междометие. Его не относят ни к одной из самостоятельных или служебных частей речи.

От самостоятельных частей речи междометия отличаются тем, что они не имеют общего и лексического значения, не являются членами предложения, а от служебных — тем, что они не выражают ни связей, ни отношений между членами предложения и предложениями.

Это слова, которые обозначают наши чувства, побуждения, но конкретно не называют их при этом.

В роли междометий может выступать любая часть речи и целое словосочетание, если они теряют способность обозначать предмет, признак или действие и служат для выражения тех или иных чувств.

В русском языке слово каждой части речи изучается с точки зрения его общего значения, морфологических признаков, то есть совокупности грамматических значений, и синтаксической роли в предложении. Такое исследование слова как части речи называется морфологическим разбором.

Источник

Что изучает морфология (раздел грамматики) — предмет изучения и основные понятия

Здравствуйте, уважаемые читатели блога KtoNaNovenkogo.ru. Морфология – это один из ключевых разделов грамматики.

Его освоению посвящают большую часть школьной программы по изучению родного языка, ведь эта лингвистическая дисциплина посвящена частям речи, их категориям, словоизменению.

Даже носитель языка не может обойтись без элементарных знаний в этой области, если он хочет говорить грамотно. А иностранным языком без понимания морфологических правил невозможно даже на элементарном уровне.

О том, что такое морфология, о происхождении и употреблении термина, процессах и основных понятиях раздела поговорим в этой статье.

Морфология — это.

Морфология – не единственный научный термин, который в разных науках получил собственное значение. География, биология, антропология (это как?), химия, лингвистика трактуют его по-своему. Это не удивительно, ведь в буквальном переводе с древнегреческого слово не имеет привязки к конкретной дисциплине.

Этимологически (это как?) «морфология» восходит к двум корням: μορφή (форма) и λόγος (учение, слово). То есть справедливо перевести термин как «учение о форме»».

Таким образом, биологическое значение морфологии – это наука о форме и строении организмов, может быть названо исходным для дальнейшего заимствования другими науками.

В отличии от той же гиперболы (что это такое?), которая для математика и филолога имеет совсем разные трактовки, морфология даже в отдаленных друг от друга отраслях всего отвечает за форму, строение, структуру.

Несмотря на свое широкое применение, термин чаще всего узнают именно благодаря лингвистике. В рамках изучения языкознания углубленное изучение этого раздела предписано программами Министерства образования.

Для лингвистики актуальна такая трактовка, данная В.А.Плотниковой (Робинсон) в энциклопедии «Русский язык» (1997, под ред. Караулова):

Морфология – это раздел грамматики, изучающий: изменяемые слова со стороны их строения (морфемного состава), формы слов и правила образования этих форм; системы форм изменяемых слов (парадигмы) со всеми грамматическими значениями, которые в этих парадигмах заключены; части речи с принадлежащими им грамматическими категориями, а также лексико-грамматические разряды слов.

Это широкое понимание, включающее все особенности раздела. Существует и узкое значение, которым некоторые ученые ограничиваются:

Морфология – это система форм словоизменения.

Именно в таком – узком – понимании термин и был изначально заимствован в лингвистику из биологии. Случилось это в 19 веке.

Помимо называния лингвистического раздела языковеды используют термин для обозначения самой подсистемы языка. В таком варианте для него дают следующее определение (в той же статье энциклопедии):

Морфология – это принадлежащие языку системы форм изменяемых слов (парадигмы) со всеми их морфонологическими характеристиками и вариантами и теми грамматическими значениями, которые в этих парадигмах заключены.

В таком значении речь идет о важнейшей части каждого национального языка как феномена (к примеру, морфология русского языка).

Что изучает морфология

Определим главные характеристики этого языкового раздела:

Нужно понимать, что данная подсистема грамматики как науки довольно обширна: сфера ее интересов очень широка.

Резюмируя направления исследований, формируем общее поле исследований, в которое входят такие векторы:

То, как склоняются и спрягаются слова, интересовало ученых прежде всего.

Не только морфология или грамматика, но и языкознание как таковое сложилось исходя из этого предмета. Согласно историческим сведениям, это произошло ещё в древнем Вавилоне.

Они через словоизменительные морфемы (окончания и частично суффиксы – то, что изменяет слово, но не образует новое).

Ключевые понятия морфологии

Род, число, падеж, одушевленность/неодушевленность, вид, залог и прочие постоянные и сменные грамматические характеристики слова – это и есть грамматические значения.

Для нашего языка это как раз суффиксы и окончания.

Проще говоря, слово в конкретном роде, числе, падеже, если это существительное, времени, роде (лице), залоге – если речь идет о глаголе.

О существительном, местоимении, числительном и других ЧР читайте в отдельных статьях блога.

Подробнее о системе частей речи доступно рассказывают здесь:

Удачи вам! До скорых встреч на страницах блога KtoNaNovenkogo.ru

Эта статья относится к рубрикам:

Комментарии и отзывы (2)

Это скорее для любителей теории, а в жизни, все правила и структуры языка быстро забываются.

В русском языке столько исключений, частных случаев, что не всегда понятно, зачем вообще используются общие правила. Иногда выходит так, что слов, которые меняются с определенной закономерностью меньше, чем исключений. А вообще, с учетом современных технологий, мало кто осознанно пользуется правилами морфологии. Любые ошибки может исправить качественный текстовый редактор.

Источник

Значение слова «морфология»

1. Наука о строении организмов, органов, почв. Экспериментальная морфология. Сравнительная морфология. || Строение организмов, органов, почв. Морфология стебля растений. Морфология бактерий. Морфология почвы.

2. Система форм изменения слов в каком-л. языке, а также раздел грамматики, изучающий формы слов.

[От греч. μορφή — форма и λόγος — учение]

Источник (печатная версия): Словарь русского языка: В 4-х т. / РАН, Ин-т лингвистич. исследований; Под ред. А. П. Евгеньевой. — 4-е изд., стер. — М.: Рус. яз.; Полиграфресурсы, 1999; (электронная версия): Фундаментальная электронная библиотека

Морфология (биология) — наука о форме и строении организмов.

Морфология (лингвистика) — раздел грамматики, изучающий части речи, их категории и формы слов. Например:

Морфология русского языка — дисциплина, основным объектом изучения которой являются слова русского языка и их значимые части.

Морфология китайского языка — дисциплина, основным объектом изучения которой являются слова китайского языка и их значимые части.

Морфология английского языка — дисциплина, основным объектом изучения которой являются слова английского языка и их значимые части.

Морфология наноструктур — совокупная характеристика нанообъектов, включающая в себя их размер, форму и пространственную организацию (агрегатную структуру).

Морфология растений — раздел ботаники, наука о закономерностях строения и процессах формообразования растений.

Морфология сказки — работа В. Я. Проппа, опубликованная в 1928 году, в которой автор раскрывает строение сказок.

Морфология человека — раздел физической антропологии, подразделяется на соматологию и мерологию.

МОРФОЛО’ГИЯ, и, мн. нет, ж. [от греч. morphē — форма и logos — учение]. 1. Учение о строении организмов (растений, животных). М. растений. М. животных. || Строение организмов. 2. Отдел языковедения, изучающий формы слов (лингв.). М. русского языка. || Совокупность форм слов какого-н. языка (лингв.). Болгарский язык сильно отличается своей морфологией от других славянских языков.

Источник: «Толковый словарь русского языка» под редакцией Д. Н. Ушакова (1935-1940); (электронная версия): Фундаментальная электронная библиотека

морфоло́гия

1. спец. строение организмов, отдельных органов, минералов, почв и т. д. ◆ Морфология кристаллов и учение о симметрии подробно излагаются в специальных курсах кристаллографии. А. Г. Бетехтин, «Курс минералогии», 1951 г. (цитата из НКРЯ) ◆ Хотя зубатые и усатые киты по общепринятой зоологической классификации принадлежат к одному отряду — китообразных, их морфология, анатомия, физиология, их образ жизни настолько несхожи, что это заставляет предполагать их различное происхождение. С. Клейненберг, «На вкус и на цвет» // «Химия и жизнь», 1966 г. (цитата из НКРЯ)

2. спец. научная дисциплина, изучающая форму и строение организмов ◆ Растительная и животная морфология есть также не что иное, как наука о том, как оливка не смеет стать дубом, как дуб не смеет стать пальмой и т. д. К. Н. Леонтьев, «Византизм и славянство», 1875 г. (цитата из НКРЯ) ◆ В зависимости от метода исследования и уровня познания составляющих структур морфология подразделяется на анатомию, изучающую строение человека на уровне органов и систем, гистологию (histos — ткань), исследующую строение человека на тканевом уровне, цитологию (cytos — клетка) — науку о клеточном строении организма и эмбриологию (embryon — зародыш) — науку о внутриутробном развитии организма. Рудольф Самусев, Юрий Селин, «Анатомия человека», 2003 г. (цитата из НКРЯ)

3. лингв. система частей речи, их категорий и форм слов, принадлежащая какому-либо языку ◆ Болгарский язык сильно отличается своей морфологией от других славянских языков.

4. лингв. раздел языковедения, изучающий строение слов и их изменение по грамматическим категориям ◆ Да ещё курсовых несколько десятков за эти дни будет, да ещё пробные лекции по морфологии на этой неделе надо прочесть, — в общем, я пропадаю. Л., «Письма женщины-филолога», 1968 г. (цитата из НКРЯ) ◆ Заслуги структуралистского этапа в становлении морфологии как самостоятельной дисциплины неоспоримы. В. А. Плунгян, «Проблемы грамматического значения в современных морфологических теориях», (обзор), 1999 г. (цитата из НКРЯ)

Источник

Морфология – что это такое простыми словами, что она изучает и как в ней разобраться

Наука о частях речи.

Морфология – это наука о частях речи. Она изучает слова с точки зрения части речи, к которой они относятся.

Например, заяц, лопата и солнце – это все имена существительные. Морфология помогает разобраться, что общего у всех этих слов из-за того, что они – существительные. В частности, они все будут обозначать предмет, будут относиться к какому-то роду (мужскому, женскому, среднему), у них можно будет менять падеж и число.

Зачем нужна морфология

Чтобы упорядочить все слова в языке. Каждое слово в зависимости от того, что оно обозначает, можно отнести к какой-то части речи. Эта часть речи может быть самостоятельной, служебной или вообще не вписываться в систему частей речи (это касается междометий и звукоподражаний).

Изучение морфологии позволяет избегать путаницы в языке. А путаница легко может возникнуть, потому что одни и те же слова могут быть разными частями речи.

Слово «тепло» в предложении «На улице тепло» является категорией состояния, в предложении «Я хочу, чтобы ты тепло оделся» – наречием.

Чтобы в этом разобраться и понять, как от принадлежности к части речи меняется значение слова, и нужна морфология.

Как морфология связана с синтаксисом

Морфология и синтаксис вместе образуют грамматику любого языка. Они очень тесно переплетены.

Когда мы определяем член предложения, мы всегда опираемся на морфологию. Я уже показал это в примере выше со словом «тепло», еще один пример: «Этот дом красивый», «Я строю дом». Слово одно и то же (дом), в обоих предложениях оно является существительным. Но в первом это подлежащее, потому что существительное стоит в именительном падеже и обозначает то, о чем говорится в предложении, а во втором – прямое дополнение, обозначает объект, на который направлено действие, падеж – винительный.

Как определить, чем является «которая» в предложении «Я зашел в хату, которая стояла у обрыва»? Подлежащим. Потому что «которая» – это относительное местоимение, оно «вместо имени» хата, в именительном падеже, обозначает то, о чем говорится в предложении.

Если вы не знаете морфологию, никогда не сможете разобраться в синтаксисе. И схемы сложных предложений тоже никогда не научитесь строить.

Почему сложно изучать морфологию

Она очень абстрактная. Когда вы изучаете, например, морфемику, там все понятно: «при-» – «приставка, «-бреж-» – корень, «-н-» – суффикс, «-ый» – окончание. Все эти морфемы перед вами, вы их можете увидеть «глазами».

А когда надо определить часть речи у слова «одиноко» – слово везде одно и то же, но надо почувствовать разницу в его значении, ОСОЗНАТЬ, что «Мне одиноко» – обозначает состояние и «одиноко» здесь – категория состояния, «Утес стоит одиноко» – наречие, потому что обозначает признак действия, «Солнце так одиноко в нашей вселенной» – прилагательное, входит в состав именного сказуемого (солнце [есть] одиноко).

Приходится сильно напрягать мозг, чтобы увидеть вот эту разницу. Тем, кто изучает русский, как иностранный – в особенности.

Как учить морфологию

Надо заучивать правила с примерами. Вот вы изучаете тему «причастие», узнаете, что причастия отвечают на вопросы «какой» и «что делающий» – подберите для себя примеры, которые это проиллюстрируют и покажут разницу между причастием и прилагательным.

Например, «танцующая балерина» – балерина и «какая» и «что делающая». А «танцевальный номер»? Он только «какой», здесь уже нет глагольного значения. Поэтому «танцующий» – причастие, а «танцевальный» – прилагательное.

Другой пример. Вам надо понять разницу между категорией состояния и наречием. Вы берете два примера: «Мне хорошо» и «Я хорошо рисую» и «обдумываете» их. «Мне хорошо» – речь о моем состоянии. Еще можно сказать «Мне плохо, мне весело, мне грустно, мне одиноко, мне тоскливо» – это всегда состояние моей души. Так, и еще тут нет подлежащего: «хорошо (кому?) мне» – только дополнение. Ага. А вот «Я хорошо рисую» – это наречие, потом что оно зависит от глагола «рисовать». Другие похожие примеры: «Я красиво рисую, я быстро/медленно рисую, я талантливо рисую». Так, и еще тут есть подлежащее и сказуемое: (кто?) Я (что делаю?) рисую.

Если будете вот так прорабатывать разные части речи, наблюдать за ними, подбирать похожие примеры – сможете определять частеречную принадлежность автоматически. И не ошибаться.

Полезные материалы для учеников и родителей

У меня уже вышло несколько статей по морфологии и синтаксису, скоро появятся новые. Подпишитесь на рассылку, чтобы я мог выслать вам ссылки на эти публикации, когда они выйдут.

Загляните в мои подборки курсов по русскому. Там кроме платных материалов есть хорошие бесплатные справочники для скачивания.

Под статьей есть форма для комментариев. Если у вас возникает вопрос – смело его туда пишите. Я отвечаю на все комментарии.

Источник

Морфология

Морфология. Части речи и образцы их морфологического разбора

Морфология — раздел языкознания, изучающий части речи и их грамматические признаки.

Морфология и синтаксис составляют грамматику.

Самостоятельные части речи

ЧАСТИ РЕЧИ В РУССКОМ ЯЗЫКЕ

Части речи — это группы слов, объединенных на основе общности их признаков.

Признаки, на основании которых происходит разделение слов на части речи, не однородны для разных групп слов.

Так, все слова русского языка можно разделить на междометия и немеждометные слова. Междометия — это неизменяемые слова, обозначающие эмоции (ах, увы, черт побери), волеизъявления (стоп, баста) или являющиеся формулами речевого общения (спасибо, привет). Особенность междометий заключается в том, что они не вступают с другими словами в предложении ни в какие синтаксические связи, всегда обособлены интонационно и пунктуационно.

Немеждометные слова можно разделить на самостоятельные и служебные. Различие между ними заключается в том, что самостоятельные слова могут выступать в речи без служебных, а служебные без самостоятельных формировать предложение не могут. Служебные слова неизменяемы и служат для передачи формально-смысловых отношений между самостоятельными словами. К служебным частям речи относятся предлоги (к, после, в течение), союзы (и, как будто, несмотря на то что), частицы (именно, только, вовсе не).

Самостоятельные слова могут быть разделены на знаменательные и местоименные. Знаменательные слова называют предметы, признаки, действия, отношения, а местоименные слова указывают на предметы, признаки, действия, отношения, не называя их и являясь заместителями знаменательных слов в предложении (ср.: стол — он, удобный — такой, легко — так, пять — сколько). Местоименные слова формируют отдельную часть речи — местоимение.

Знаменательные слова разделяются на части речи с учетом следующих признаков:

1) обобщенное значение,

2) морфологические признаки,

3) синтаксическое поведение (синтаксические функции и синтаксические связи).

Выделяют не менее пяти знаменательных частей речи: имя существительное, имя прилагательное, имя числительное (группа имен), наречие и глагол.

Таким образом, части речи — это лексико-грамматические классы слов, т. е. классы слов, выделенные с учетом их обобщенного значения, морфологических признаков и синтаксического поведения.

Сказанное можно представить в виде следующей таблицы:

В комплексе 3 выделяется 10 частей речи, объединяемых в три группы:

1. Самостоятельные части речи:

2. Служебные части речи:

При этом каждая самостоятельная часть речи определяется по трем основаниям (обобщенное значение, морфология, синтаксис), например: существительное — это часть речи, которая обозначает предмет, имеет род и изменяется по числам и падежам, в предложении выполняет синтаксическую функцию подлежащего или дополнения.

Однако значимость оснований при определении состава той или иной части речи различна: если существительное, прилагательное, глагол определяются по большей части по своим морфологическим признакам (говорится, что существительное обозначает предмет, но специально оговаривается, что это такой «обобщенный» предмет), то есть две части речи, выделенных на основании значения, — местоимение и числительное.

В местоимение как часть речи объединены морфологически и синтаксически разнородные слова, которые «не называют предмета или признака, а указывают на него». Грамматически же местоимения разнородны и соотносятся с существительными (я, кто), прилагательными (этот, какой), числительными (сколько, несколько).

В числительное как часть речи объединены слова, которые имеют отношение к числу: обозначают количество предметов или их порядок при счете. При этом грамматические (морфологические и синтаксические) свойства слов типа три и третий различны.

Комплекс 1 (его последние издания) и комплекс 2 предлагают выделять большее число частей речи. Так, причастие и деепричастие в них рассматриваются не как формы глагола, а как самостоятельные части речи. В этих комплексах выделены слова состояния (нельзя, нужно); в комплексе 1 они описываются как самостоятельная часть речи — категория состояния. В комплексе 3 статус этих слов четко не определен. С одной стороны, их описание завершает раздел «Наречие». С другой стороны, про слова состояния сказано, что они «по форме похожи на наречия», из чего, видимо, должно следовать, что наречиями они не являются. Кроме того, в комплексе 2 расширено местоимение за счет включения в него незнаменательных слов, грамматически соотносимых с наречиями (там, зачем, никогда и др.).

Вопрос о частях речи в лингвистике является дискуссионным. Части речи — это результат определенной классификации, зависящей от того, что принять за основание для классификации. Так, в лингвистике существуют классификации частей речи, в основании которых лежит только один признак (обобщенное значение, морфологические признаки или синтаксическая роль). Есть классификации, использующие несколько оснований. Школьная классификация именно такого рода. Количество частей речи в разных лингвистических работах различно и составляет от 4 до 15 частей речи.

В русском языке есть слова, не попадающие ни в одну из частей речи, выделенных школьной грамматической. Это слова-предложения да и нет, вводные слова, не использующиеся в других синтаксических функциях (итак, итого) и некоторые другие слова.

САМОСТОЯТЕЛЬНЫЕ ЧАСТИ РЕЧИ

Имя существительное — это самостоятельная знаменательная часть речи, объединяющая слова, которые

1) имеют обобщенное значение предметности и отвечают на вопросы кто? или что?;

2) бывают собственными или нарицательными, одушевленными или неодушевленными, имеют постоянный признак рода и непостоянные (для большинства существительных) признаки числа и падежа;

3) в предложении чаще всего выступают как подлежащие или дополнения, но могут быть любыми другими членами предложения.

Существительное — это часть речи, при выделении которой на первый план выходят грамматические признаки слов. Что же касается значения существительных, то это единственная часть речи, которая может обозначать все, что угодно: предмет (стол), лицо (мальчик), животное (корова), признак (глубина), отвлеченное понятие (совесть), действие (пение), отношение (равенство). Объединены с точки зрения значения эти слова тем, что к ним можно задать вопрос кто? или что?; в этом, собственно, и заключается их предметность.

Разряды существительных по значению

В пределах слов разных частей речи принято выделять разряды по значению — группы слов, объединенных их лексическим значением, влияющим на их морфологические признаки. Принадлежность слова к определенному разряду по значению (лексико-грамматическому разряду) определяется на основе его лексического значения, выраженного основой этого слова.

У существительных выделяют две группы разрядов по значению:

1) собственность / нарицательность;

2) конкретность / абстрактность / вещественность / собирательность.

Нарицательные имена существительные обозначают предметы, не выделяя их из класса однотипных (город, река, девочка, газета).

Собственные имена существительные обозначают предметы, выделяя их из класса однородных предметов, индивидуализируя их (Москва, Волга, Маша, «Известия»). От собственных имен надо отличать собственные наименования — неоднословные названия индивидуализированных объектов («Вечерняя Москва»). В состав собственных наименований не обязательно входит собственное имя (Московский Государственный университет).

Конкретные существительные называют чувственно воспринимаемые предметы — вещи (стол), лица (Марина), которые можно воспринять зрением и осязанием.

Абстрактные существительные обозначают отвлеченные понятия (радость), признаки (белизна), действия (рисование).

Вещественные существительные обозначают вещества (молоко, сливки, песок).

Собирательные существительные обозначают совокупности однородных предметов (листва) или лиц (детвора).

Смысл морфологического выделения именно этих групп существительных по значению заключается в том, что принадлежность существительного к этим разрядам влияет на морфологический признак числа данного существительного. Так, форму обоих чисел имеют нарицательные конкретные существительные (дом — дома). Слова остальных групп чаще имеют форму только одного из чисел (преимущественно только единственного), например:

Одушевленные и неодушевленные имена существительные

Существительные имеют постоянный морфологический признак одушевленности.

Признак одушевленности существительных тесно связан с понятием живое / неживое. Тем не менее одушевленность является не разрядом по значению, а собственно морфологическим признаком.

Все морфологические признаки характеризуются тем, что они имеют типизированное формальное выражение — выражаются формообразующими морфемами (окончаниями или формообразующими суффиксами — см. морфемику). Морфологические признаки слов могут выражаться

1) внутрисловно — формообразующими морфемами самого слова (стол- — стол-ы),

2) внесловно — формообразующими морфемами согласуемых слов (нов-ое пальто — нов-ые пальто),

Оба этих средства выражения могут быть представлены вместе. В этом случае одно грамматическое значение выражается в предложении несколько раз — и внутрисловно, и внесловно (нов-ый стол- — нов-ые стол-ы).

Одушевленность как морфологический признак также имеет формальные средства выражения. Во-первых, одушевленность / неодушевленность выражается окончаниями самого существительного:

1) одушевленные существительные имеют совпадающие окончания мн. числа В. п. и Р. п., а для существительных муж. рода это распространяется и на ед. число;

2) неодушевленные существительные имеют совпадающие окончания мн. числа В. п. и И. п., а для существительных муж. рода это распространяется и на ед. число.

В русском языке представлены существительные с колебанием по одушевленности: у них В. п. может совпадать как с И. п., так и с Р. п., например, (вижу) микроб-ы / микроб-ов, описать персонаж-и / персонаж-ей, существ-о / существ-;

У существительных женского и среднего рода, имеющих формы только единственного числа, одушевленность формально не выражена (молодежь, студенчество), формально они не охарактеризованы по одушевленности.

Одушевленность имеет и внесловное выражение: окончание согласуемого с существительным прилагательного или причастия в В. п. различается в зависимости от одушевленности или неодушевленности существительного, ср.: (вижу) нов-ых учеников, но нов-ые столы.

Внесловное выражение одушевленности существительных более универсально, чем внутрисловное: оно выражает одушевленность даже в случае неизменяемости существительного: (вижу) красив-ых мадам, но красив-ые пальто.

Одушевленность большинства существительных отражает определенное положение дел во внеязыковой действительности: одушевленными существительными называются в основном живые существа, а неодушевленными — неживые предметы, однако есть случаи нарушения этой закономерности:

Одушевленность, как уже было сказано, постоянный признак существительного. При этом необходимо иметь в виду, что разные значения одного слова могут быть различно оформлены по одушевленности, например: вижу гени-я (человека) — ценю гений- (ум).

Род как морфологический признак существительного

Существительные имеют постоянный морфологический признак рода и относятся к мужскому, женскому или среднему роду.

Основное выражение морфологического рода внесловное — окончания согласуемых с существительным прилагательных, причастий в позиции определения и слов с непостоянным признаком рода в позиции сказуемого, в первую очередь глагола в прошедшем времени или условном наклонении, а также краткого прилагательного или причастия.

К мужскому, женскому и среднему роду относятся слова со следующей сочетаемостью:

мужской	нов-ый ученик приехал-
женский	нов-ая ученица приехал-а
средний	больш-ое окно раскрыт-о

тво-я невежа пришл-а.

Такие существительные относят к общему роду.

Есть в русском языке существительные, обозначающие название лица по профессии, которые при обозначении лица мужского пола выступают как слова мужского рода, т. е. присоединяют согласованные слова с окончаниями мужского рода; когда же они обозначают лицо женского пола, определение употребляется в мужском роде, а сказуемое употребляется в женском роде (преимущественно в разговорной речи):

нов-ый врач пришел- (мужчина),

нов-ый врач пришл-а (женщина).

Эти слова — «кандидаты» в общий род, их род иногда называют переходным к общему, однако в словарях они охарактеризованы как слова мужского рода.

В русском языке имеется около 150 слов с колебанием по роду, например: кофе — мужской / средний род, шампунь — мужской / женский род.

Существительные только множественного числа (сливки, ножницы) не относятся ни к одному из родов, поскольку во множественном числе формальные различия между существительными разных родов не выражены (ср.: парт-ы — стол-ы).

Таким образом, основное выражение рода — внесловное. Внутрисловно род последовательно выражается только у существительных — субстантивированных прилагательных и причастий: часовой, мороженое, столовая: в формах единственного числа у этих слов представлены окончания, однозначно указывающие на их родовую принадлежность. Для существительных II склонения мужского рода и III склонения женского рода специфической является вся система их окончаний, что же касается окончаний отдельных падежных форм, то они могут быть не показательны, ср. стол- — ночь-.

Для всех неодушевленных существительных (а таких существительных в языке около 80%) род условен, никак не связан с внеязыковой реальностью.

Среди одушевленных существительных — названий лиц или животных род часто связан с полом обозначаемого существа, ср.: мама — папа, сын — дочь, корова — бык. Однако необходимо понимать различие между грамматическим признаком рода и неграмматическим признаком пола. Так, в русском языке есть одушевленные существительные среднего рода (дитя, животное), у существительных — названий животных особи мужского и женского пола часто называются одинаково (стрекоза, крокодил), среди слов — названий лиц также не всегда имеется соответствие рода и пола. Так, слово особа женского рода, хотя может обозначать как женщину, так и мужчину (см., например, у А. С. Пушкина: Кто-то писал ему из Москвы, что известная особа скоро должна вступить в законный брак с молодой и прекрасной девушкой).

Определенную сложность представляет определение рода сложносокращенных слов (аббревиатур) и несклоняемых существительных. Для них установлены следующие правила.

Родовая характеристика аббревиатур зависит от того, к какому типу относится данное сложносокращенное слово.

Род аббревиатур, образованных сложением начальных частей (завхоз), начальной части первого слова с несокращенным вторым (сбербанк) и начала первого слова с началом и/или концом второго (торговое представительство ® торгпредство), определяется родовой принадлежностью главного в исходном словосочетании слова: хорош-ая оргработа, российск-ое торгпредство, нов-ый сбербанк.

Род аббревиатур, состоящих из начальных звуков (ГУМ) или букв (МГУ), а также аббревиатур смешанного типа, у которых начальная часть первого слова соединена с первыми буквами или звуками остальных слов (главк), определяется неоднозначно. Первоначально они также приобретают род главного в исходном словосочетании слова, например, Братск-ая ГЭС. Однако в процессе употребления первоначальную родовую характеристику последовательно сохраняют только аббревиатуры из первых букв исходного словосочетания. Аббревиатуры же, состоящие из первых звуков, ведут себя по-разному. Некоторые из них приобретают родовую характеристику в соответствии с внешним видом слова. Так, слова БАМ, вуз, МИД, НЭП, загс и некоторые другие стали словами мужского рода и приобрели возможность склоняться по II склонению, как существительные типа дом. У других заканчивающихся на согласный аббревиатур со стержневым словом среднего и женского рода возможно колебание: они могут иметь родовую характеристику в соответствии с родом главного слова и при этом не склоняться (в наш-ей ЖЭК) или, склоняясь, употребляться как слова мужского рода (в наш-ем ЖЭКе). Аббревиатуры, оканчивающиеся на гласный звук, не склоняются и преимущественно относятся к среднему роду (наш-е РОНО — районный отдел народного образования).

Несклоняемые имена существительные, попадая в русский язык или образуясь в нем, должны приобрести родовую характеристику, которая будет проявляться только при выборе согласованных с существительным прилагательных, причастий и глаголов.

Существуют следующие закономерности выбора такими существительными родовой характеристики: род зависит либо от значения слова, либо от рода другого русского слова, которое рассматривается как синоним или как родовое наименование для данного неизменяемого слова. Для разных групп существительных ведущими являются разные критерии.

Если существительное обозначает предмет, то оно обычно приобретает характеристику среднего рода: пальто, кашне, метро. Однако женского рода авеню (так как улица), кольраби (так как это капуста), кофе — с колебанием — мужской / средний, мужской род — пенальти, евро.

Если существительное обозначает животное, то оно обычно относится к мужскому роду: шимпанзе, какаду. Исключения: иваси, цеце — женский род (так как селедка, муха).

Если существительное обозначает лицо, то его род зависит от пола этого лица: слова месье, кутюрье мужского рода, так как обозначают мужчин; слова мадам, мадемуазель женского рода, поскольку обозначают женщин, а слова визави, инкогнито общего рода, так как могут обозначать и мужчин, и женщин.

Если существительное обозначает географический объект, то его род определяется родом русского слова, которое обозначает тип объекта: Тбилиси мужского рода, так как это город (слово мужского рода), Миссисипи женского рода, так как это река, Лесото среднего рода, так как это государство. Все сказанное относится только к словам несклоняемым, поэтому Москва — существительное не мужского рода, а женского рода, хотя это и город, так как оно изменяемое.

Число как морфологический признак существительного

Большинство существительных имеет формы единственного и множественного числа, т. е. изменяется по числам. Некоторые существительные имеют формы только единственного или только множественного числа, т. е. число для них — постоянный признак.

Число — морфологический признак, связанный с указанием на количество объектов.

С точки зрения обозначения количества объектов в русском языке представлены существительные счетные (обозначаемые ими реалии можно посчитать штуками) и несчетные.

Счетные существительные, как правило, имеют формы обоих чисел: форма единственного числа у них обозначает один предмет (стол), а форма множественного — множество предметов, каждый из которых называется формой единственного числа (столы — множество предметов, каждый из которых стол).

Среди счетных существительных представлены:

1) конкретные существительные, обозначающие дискретные предметы:

а) «нормальные» существительные с формами обоих чисел (стол),

б) существительные типа сани, у которых как по отношению к одному предмету, так и по отношению к множеству предметов употребляется форма множественного числа (одни сани — множество саней);

2) абстрактные существительные (в меньшей своей части): мысль — мысли, звук — звуки;

3) собирательные существительные типа армия: у них форма множественного числа обозначает противопоставленные единицы (ср.: реформа армии — на операцию брошено пять армий).

Счетные существительные обозначают, как уже сказано, реалии, которые можно посчитать штуками. Однако есть существительные, которые обозначают реалии, существующие или только в количестве один, или только в количестве два и более:

1) слова, обозначающие уникальные, единичные реалии (Москва, Луна в значении спутника Земли) имеют преимущественно форму единственного числа; надо иметь при этом в виду, что среди собственных есть слова типа Сокольники, у которых форма множественного числа не имеет значения множества предметов и обозначает один объект;

2) слова, обозначающие реалии, включающие несколько объектов, каждый их которых имеет свое название: только мн. число имеет слово супруги в значении супружеская пара (супруг + супруга, а не супруг + супруг или супруга + супруга).

Счетным противопоставлены несчетные существительные, обозначающие реалии, лишенные идеи счета. Несчетные существительные не сочетаются с количественными числительными. Это вещественные существительные, большинство абстрактных и большинство собирательных существительных. Эти слова имеют формы только единственного или только множественного числа, однако ни то, ни другое числовое оформление не несет смысловой нагрузки, связанной с идеей количества:

Источник

Морфология (лингвистика)

Морфоло́гия (от др.-греч. μορφή — «форма» и λόγος — «учение») — раздел лингвистики, основным объектом которого являются слова естественных языков и их значимые части (морфемы). В задачи морфологии, таким образом, входит определение слова как особого языкового объекта и описание его внутренней структуры.

Морфология, согласно преобладающему в современной лингвистике пониманию её задач, описывает не только формальные свойства слов и образующих их морфем (звуковой состав, порядок следования, и т. п.), но и те грамматические значения, которые выражаются внутри слова (или «морфологические значения»). В соответствии с этими двумя крупными задачами, морфологию часто делят на две области: «формальную» морфологию, или морфемику, в центре которой находятся понятия слова и морфемы, и грамматическую семантику, изучающую свойства грамматических морфологических значений и категорий (то есть морфологически выражаемое словообразование и словоизменение языков мира).

Наряду с обозначением некоторой области лингвистики, термин «морфология» может обозначать и часть системы языка (или «уровень» языка) — а именно, ту, в которой содержатся правила построения и понимания слов данного языка. Так, выражение испанская морфология соотносится с частью испанской грамматики, в которой изложены соответствующие правила испанского языка. Морфология как раздел лингвистики является в этом смысле обобщением всех частных морфологий конкретных языков, то есть совокупностью сведений о всех возможных типах морфологических правил.

Морфология вместе с синтаксисом составляют грамматику; но этот последний термин часто употребляется и в более узком смысле, практически как синоним морфологии («грамматическое значение», «грамматическая категория»).

Ряд лингвистических концепций (особенно генеративистских) не выделяет морфологию как отдельный уровень языка (таким образом, после фонологии начинается сразу синтаксис).

Содержание

Состав дисциплины

Морфология включает в себя:

Морфология

Необходимость морфологии

Тесная связь понятий морфология и слово (в этом же значении часто употребляется более точный термин «словоформа») ставит само существование морфологии в зависимость от существования слов в конкретном языке. Между тем, это понятие является одним из самых противоречивых в лингвистике и, скорее всего, не универсальным. Иначе говоря, слово — это такой объект, который существует, по-видимому, не во всех языках, а значит, не во всех языках существует и морфология как самостоятельный раздел грамматики. В языках, не имеющих (или почти не имеющих) слов, морфология не может быть разграничена с синтаксисом: у неё не остаётся ни самостоятельного объекта, ни самостоятельной проблематики.

Не давая в данном случае точного определения слова, можно указать на то важнейшее свойство, которое составляет его природу. Слово — это синтаксически самостоятельный комплекс морфем, образующих жёстко связанную структуру. Слово отличается от сочетания слов тем, что по крайней мере некоторые его элементы не могут употребляться в синтаксически изолированной позиции (например, фигурировать в качестве ответа на вопрос); кроме того, элементы внутри слова связаны друг с другом гораздо более жёсткими и прочными связями, чем элементы предложения (то есть слова). Чем больше в языке степень контраста между жёсткостью внутрисловных и межсловных связей, тем более отчётливой и хорошо выделимой единицей является слово в данном языке. К таким «словесным» языкам относятся, например, классические индоевропейские языки (латинский, древнегреческий, литовский, русский). В этих языках морфемы внутри слова не обладают синтаксической самостоятельностью, то есть части слова не могут в синтаксическом отношении вести себя так же, как слова. Ср. несколько примеров различного поведения слов и частей слова в русском языке.

Возможность опущения однородных элементов.

Возможность замены на местоимения.

Данные примеры не исчерпывают, разумеется всех свойств, противопоставляющих слова и части слов в русском языке, но дают наглядное представление о том, что выше было названо различием по степени жёсткости связей. В языках типа русского слово действительно представляет собой «синтаксический монолит»: никакие синтаксические правила (опущения, перестановки, замены и т. п.) не могут действовать внутри слова. Этот факт наглядно свидетельствует в пользу того, что морфологические и синтаксические правила должны составлять два разных «грамматических модуля», а следовательно, в описании языка морфология должна существовать на правах самостоятельного раздела. Описание слова не может и не должно производиться в тех же терминах, что описание предложения.

Основные понятия морфологии.

Морфология изучает структуру значимых единиц языка. главное основание — членимость словоформы на меньшие знаковые единицы.

Морфология — это раздел грамматики, изучающий грамматические свойства слов. Вслед за В. В. Виноградовым морфологию часто называют «грамматическим учением о слове». Грамматическими свойствами слов являются грамматические значения, средства выражения грамматических значений, грамматические категории.

Расширенное понятие: МФГ — наука о формах.

Грамматическое значение — обобщённое, отвлечённое языковое значение, присущее ряду слов, словоформ и синтаксических конструкций, находящее в языке своё регулярное (стандартное) выражение, например, значение падежа имён существительных, времени глагола и т. п.

Грамматическое значение противопоставлено лексическому значению, которое лишено регулярного (стандартного) выражения и не обязательно имеет абстрагированный характер. Грамматическое значение сопровождает лексическое значение, накладывается на него, иногда грамматическое значение ограничено в своём проявлении определёнными лексическими группами слов.

Грамматические значения выражаются аффиксальными морфемами, служебными словами, значащими чередованиями и другими средствами.

Каждое грамматическое значение получает в языке специальное средство выражения — грамматический показатель (формальный показатель). Грамматические показатели можно объединить в типы, которые условно можно назвать грамматическими способами, способами выражения грамматического значения.

Грамматический способ аффиксации состоит в использовании аффиксов для выражения грамматического значения: книг-и; чита-л-и. Аффиксы — это служебные морфемы.

По положению относительно корня выделяют следующие виды аффиксов: префиксы, постфиксы, инфиксы, интерфиксы, циркумфиксы.

Грамматический способ служебных слов заключается в использовании служебных слов для выражения грамматического значения: буду читать, прочитал бы.

Грамматический способ — супплетивизм. Под супплетивизмом понимается выражение грамматического значения словом с другой основой: иду — шёл, человек — люди. В одну грамматическую пару объединяются разнокорневые слова. Лексическое значение у них одно и то же, а различие служит для выражения грамматического значения.

Грамматический способ редупликации (повтора) заключается в полном или частичном повторении частей слова для выражения грамматического значения: Такой способ словообразования как редупликация (удвоение корня или основы слова) в русском языке не встречается, однако, широко распространён в австронезийских языках. Так, например, в языке ниуэ от глагола ako (учить) путем редупликации образуется существительное akoako (учитель).

Грамматическая форма — внешнее языковое выражение грамматического значения в каждом конкретном случае употребления слова. Каждую отдельную грамматическую форму называют словоформой.

Грамматическая категория — это система противопоставленных друг другу рядов грамматических форм с однородными значениями. В русской грамматике выделяются именные морфологические категории рода, одушевлённости/неодушевлённости, числа, падежа, степени сравнения; глагольные категории вида, залога, наклонения, времени и лица.

В современном русском языке категория рода представлена тремя рядами форм (м., ж., ср.), двумя рядами категории числа (ед., мн.), шестью рядами категории падежа.

Различаются категории словоизменительные, то есть такие, члены которых могут быть представлены разными формами одного и того же слова, и несловоизменительные (классифицирующие), то есть такие, члены которых не могут быть представлены формами одного и того же слова. К первым относятся число, падеж, время, лицо, степень сравнения. Ко вторым — род и одушевлённость/неодушевлённость у существительных.

Морфологический строй языка. Категория рода.

Категория рода существительного — это несловоизменительная синтагматически выявляемая морфологическая категория, выражающаяся в способности существительного в формах ед. ч. относиться избирательно к родовым формам согласуемой (в сказуемом — координируемой) с ним словоформы: письменный стол, большое дерево.

В русском языке род имён существительных определяется по двум основаниям:

Во мн. ч. грамматическое значение рода существительных не имеет выражения: оно не обозначается системами падежных флексий ни самих существительных, ни согласуемых с ними слов;

Деление всех существительных на слова муж., жен. и сред. р. не имеет последовательного содержательного объяснения. Род существительного имеет реальную семантику в тех случаях, когда им характеризуются названия лиц или животных: названия лиц и животных мужского пола являются существительными муж. р., названия особей женского пола — существительными жен. р.

Отнесённость неодушевлённых существительных к муж., жен. или сред. р. семантически необъяснима и условна. Так, не имеет объяснения тот факт, что слова вывод, темп, итог, день, овёс принадлежат к муж. р., слова карта, стена, неделя, тень, ночь, рожь — к жен. р., а слова окно, стекло, бревно, утро, пшено — к сред. р. Деление неодушевлённых существительных на существительные муж., жен. и сред. р. определяется только системой падежных флексий и синтаксическими факторами.

Средний род в большинстве случаев связан с названиями неодушевлённых предметов. Из одушевлённых существительных значение сред. р. имеет небольшая группа слов: дитя, лицо (личность), существо (живое существо), животное, божество, ничтожество (о человеке) и слова — названия зоологических видов, подвидов и родов, например: пресмыкающееся, беспозвоночное, кишечно-полостное (спец.), млекопитающее, земноводное. Существительные сред. р. чудовище, чудище, страшилище по отношению к лицам применяются только метафорически. Несклоняемые существительные (в подавляющем большинстве — иноязычные по происхождению слова), называющие неодушевлённые предметы, относятся к сред. р.: (полное) алиби, (комическое) амплуа.

Существительные муж. р., как глава (чего), коллега, староста, судья, называющие лицо по общественному положению, роду деятельности, в непринуждённой речи нередко сочетаются с определяющими словами в форме жен. р.: прекрасная коллега, бессменная староста. Отмеченное употребление не даёт оснований для причисления этих слов к существительным общего рода: во-первых, им не свойственна характерная для слов общего рода лексическая семантика; во-вторых, в отличие от слов общего рода при обозначении лица мужского пола согласуемое слово при этих существительных употребляется только в форме муж. р.

В разговорной, непринуждённой речи активно распространяются употребления типа врач пришла, бригадир уехала в поле (реже — сочетания типа новая бригадир, прекрасная врач). Такие сочетания представляют собой синтаксическое указание на пол называемого лица — способ, конкурирующий со словообразовательным выражением того же значения. Существительные муж. р. при этом не становятся существительными общего рода. Во-первых, слова типа врач, бригадир последовательно выражают значение мужского рода как в координации со сказуемым, так и в согласовании; женский род чаще обозначается координацией и редко — согласованием, причём, как правило, только в им. п. (наша, сама, эта врач, но неправильно — нашу врача, с нашей врачом). Во-вторых, при обозначении лица мужского пола эти существительные (в отличие от слов общ. р.) определяются только согласуемыми словами в форме муж. р.: Иванов — хороший врач;

Перечисленными особенностями употребления слов — названий лиц типа врач, бригадир объясняются в разговорной и газетной речи, а также в художественной литературе «смешанные» согласования, когда род глагола в форме прош. вр. (или сослагат. накл.) обозначает пол названного существительным лица, а форма согласуемого прилагательного указывает на морфологический род этого же существительного: Пришла лечащий врач Курчатова (В. Емельянов);

Родовое различие может быть выражено кроме согласования также и флексиями (ботинок — ботинка, жираф — жирафа), характером конечной согласной (занавес и занавесь) или только системой флексий (отель — отеля и отель — отели; рояль — рояля и рояль — рояли). Отдельные существительные имеют одновременно формы муж. и жен. р., стилистически не разграничивающиеся. Сюда принадлежат слова, обычно употребляющиеся в форме мн. ч.: бакенбарда и бакенбард (чаще бакенбарды).

Число имени существительного. Сущ-е singularia и pluralia tantum.

Существительные, имеющие формы только ед. ч. или только мн. ч., — это слова с невыраженным противопоставлением по числу; они образуют семантические группы, которые входят в состав разных лексико-грамматических разрядов существительных.

К словам, лексические значения которых препятствуют выражению отношений «единичность — множественность», принадлежат следующие (приводятся существительные в их основных значениях; в отдельных случаях слова, употребляющиеся, как правило, в ед. ч., могут образовать формы мн. ч., но при этом изменяется их лексическое значение; см. ниже).

Существительные с отвлечённым значением.

Перечисленные в группах 1-3 слова обозначают предметы, не подлежащие счету. Такие существительные, имеющие только формы ед. ч., называются существительными singularia tantum.

В тех случаях, когда возникает необходимость выразить отношение «единичность — множественность», у ряда существительных singularia tantum могут быть образованы формы мн. ч. Это следующие случаи.

1) У ряда вещественных и отвлечённых существительных выражается противопоставление «единичность — множественность»; при этом имеет место расхождение лексических значений форм ед. и мн. ч.

а) Вещественные существительные во мн. ч. обозначают виды, типы или сорта называемых веществ: вино — вина (форма мн. ч. обозначает сорта вин: красные вина, десертные вина и соотнесена в ед. ч. с соответствующим значением: красное вино, сухое вино);

б) Существительные с отвлечённым значением во мн. ч. называют проявления различных качеств, свойств, эмоциональных состояний: возможность — возможности (средство, условие, необходимое для осуществления чего=н., возможное обстоятельство); в) Некоторые собирательные существительные во мн. ч., и соответственно в ед. ч., называют устройства или конкретные множества: аппаратура — аппаратуры (лабораторий); клавиатура — клавиатуры (органа).

2) Отношение «единичность — множественность» отражает не числовое противопоставление, а соотношения по массе, объёму: вода (в реке, в колодце) — воды (водные пространства, потоки воды), или по силе, интенсивности проявления: боль — боли, мука — муки.

К существительным, у которых противопоставленность по числу морфологически не выражена, относятся слова, которые имеют падежные формы только мн. ч. Такие существительные называются существительными pluralia tantum. По своим значениям существительные pluralia tantum противостоят одновременно как существительным, называющим единичные конкретные предметы, так и существительным singularia tantum. Они называют:

К существительным pluralia tantum относятся некоторые названия городов, местностей, проливов, горных хребтов: Афины, Великие Луки, Соловки, Альпы, Карпаты; созвездий: Близнецы.

Существительные pluralia tantum, называющие считаемые предметы (ножницы, щипцы сани, шаровары — (гр. 1), а также большинство существительных, называющих отрезки времени (гр. 5), не исключают противопоставления «единичность — множественность». Значение единичности у них выражается сочетанием со счётно-местоименным прилагательным одни (одни ножницы), значение множественности — сочетанием с числительными: с собирательными — при обозначении количества до пяти и с количественными (или неопределёнными числительными много, несколько) — при обозначении количества свыше пяти: двое ножниц. Существительные pluralia tantum других групп (гр. 2, 3, 4) и некоторые слова гр. 5 (будни, сумерки, святки) подобны словам соответствующих разрядов singularia tantum: они не сочетаются с количественными и собирательными числительными и не выражают отношения «единичность — множественность».

От слов pluralia tantum, называющих сложные предметы, а также вещества, действия, отрезки времени, представленные как неделимые множества или совокупности, следует отличать следующие слова.

Изменение слова по падежам называется склонением.

Склонением называется также класс слов, объединённых общностью словоизменения, и отвлечённый образец, по которому изменяются слова этого класса.

Выделяются три основных типа: 1) субстантивное (склонение существительных, местоимений-существительных и количественных числительных); 2) адъективное (лат. adjectivum — прилагательное, то есть склонение прилагательных, порядковых числительных, субстантивированных прилагательных и причастий и собственно причастий); 3) смешанное (местоимений-существительных он, она, оно, они; местоимений-прилагательных, собирательных и неопределённо-количественных числительных.

Нулевым называется склонение, парадигма которого состоит из омонимичных форм с нулевой флексией. К нулевому склонению принадлежат следующие слова:

1) Многие оканчивающиеся на гласные существительные иноязычного происхождения, называющие неодушевлённые предметы, лиц мужского пола и животных: пальто, кино, метро, шоссе.

2) Существительные — названия девушки или замужней женщины: леди, мисс, миссис (англ.), мадам (франц.), фрейлен, фрау (нем.).

5) Имена и фамилии лиц женского пола, оканчивающиеся, на твёрдую согласную: Кармен, Элен, Шмидт (те же фамилии применительно к лицам мужского пола склоняются: со Шмидтом, у Гинзбурга).

7) Аббревиатуры инициального типа. а) Образованные из сочетаний начальных звуков слов, последний из которых — гласный (РОСТА, ЦАГИ, ГАУ, ГАИ). б) Образованные из названий начальных букв (СССР, ЦК, ВДНХ). в) Образованные из начальных звуков, последний из которых согласный (ВАК, ЖЭК, МИД, ТАСС), в том случае, если их грамматический род совпадает с родом стержневого слова полного наименования: в нашей ЖЭК, но в нашем ЖЭК’е. г) Аббревиатуры смешанного типа в тех случаях, когда они оканчиваются на гласный: ГОРОНО, сельпо.

Имя числительное

Имя числительное — это часть речи, обозначающая количество и выражающая это значение в морфологических категориях падежа (последовательно) и рода (непоследовательно). По отношению к категории падежа (склонению) все числительные разделяются на склоняемые и несклоняемые. К несклоняемым относятся слова мало и немало, к склоняемым — все остальные числительные. Категория падежа у числительных — это словоизменительная морфологическая категория, представленная шестью рядами падежных форм, по флексиям совпадающих с падежными формами существительных или прилагательных.

Числительные, кроме слов два, оба и полтора, не имеют морфологической категории рода. У числительных два, оба и полтора категория рода — это словоизменительная морфологическая категория, представленная двумя рядами форм: рядом форм муж. и сред. р. — два, оба, полтора и рядом форм жен. р. — две, обе, полторы.

Количественные числительные (кроме слов два, полтора) никак не указывают на грамматический род тех существительных, с которыми они сочетаются: четыре стола, четыре книги, четыре окна.

Собирательные числительные (кроме оба), не располагают формальными средствами выражения рода; однако они относятся избирательно к роду тех существительных, с которыми они сочетаются. Эти числительные употребляются со следующими существительными: 1) С сущ. муж. и общ. р. — названиями лиц: трое мальчиков; 2) С сущ. дети (ед. ч. ребёнок), ребята, люди (ед. ч. человек), лица (люди), с названиями невзрослых существ, а также с субстантивированными прилагательными и причастиями в форме мн. ч., называющими группу лиц: четверо детей, пятеро известных лиц, двое неизвестных; 3) С личными местоимениями-существительными мы, вы, они: пригласили только вас двоих; их трое; 4) со словами pluralia tantum: четверо ножниц.

Количественные и собирательные числительные изменяются по падежам, то есть склоняются. Склонение числительных не имеет единого образца, оно представлено несколькими типами:

1) склонение числ. два, три, четыре (скл-ся по смеш-му скл-ю прилаг-х);

Составные числительные изменяются по падежам. При образовании падежных форм нормально изменение по падежам каждого слова, входящего в составное числительное.

Имя прилагательное

Прилагательным присущи ГК: рода, числа, падежа (за исключением кратких форм), а также степени сравнения и морфолого-синтаксические разновидности (краткая и полная форма).

Прилагательное — часть речи, обозначающая непроцессуальный отличительный признак предмета. Поскольку этот признак принадлежит предмету, прилагательные имеют одинаковые с существительными ГК рода, числа, падежа. Основное отличие указанных ГК прилагательных от существительных в том, что они не являются номинативными, лишены собственной семантической базы и являются согласовательными (синтаксическими). ГК рода, числа и падежа прилагательных указывают не на род, число, падеж самого признака, а на род, число, падеж существительного, обозначающего предмет.

Сочетаясь с существительными — названиями лиц, прилагательные в форме муж. или жен. р. указывают на пол лица. Функция указания на пол лица целиком сосредоточивается в прилагательном в следующих употреблениях: 1) при сущ., принадлежащих к нулевому скл.; 2) при личных и возвратном местоимениях и 3) при сущ. общего рода (сирота) и названиях лиц по роду занятий, должности типа врач, доктор, инженер, исполнитель.

Прилагательные последовательно обозначают одушевлённость или неодушевлённость тех существительных, с которыми они сочетаются. Это свойство прилагательных проявляется в формах вин. п. ед. ч. муж. р. и вин. п. мн. ч. всех родов (совпадает соответственно с формой род. п. ед. ч. муж. р. или род. п. мн. ч.).

Категория числа прилагательных — это словоизменительная синтаксически выявляемая морфологическая категория, представленная двумя рядами морфологических форм: падежными формами ед. ч. (муж., жен. и сред. р.) и мн. числа. Категориальные морфологические значения ед. и мн. ч. прилагательных повторяют одноимённые морфологические значения определяемого сущ. и выражаются системами падежных флексий: большой стол — большие столы; (форма прил-го разграничивает формы несклон сущ-х (большие/ое фламинго; но не разграничивает формы в соч-ии с сущ-м pluralia tantum: большие сани).

Категория падежа — это словоизменительная категория прилагательного, выражающаяся в системе противопоставленных друг другу рядов падежных форм в составе словосочетания и обозначающая согласование данного прилагательного с определяемым им существительным.

Каждое прилагательное изменяется по числам, в ед. ч. — по родам и в ед. и мн. ч. — по падежам. Парадигму склонения прилагательного составляют в сумме двадцать четыре формы: восемнадцать форм в ед. ч. (шесть падежных форм для каждого рода — муж., жен. и сред.) и шесть форм во мн. ч.

Категория степени сравнения у прилагательных — это словоизменительная морфологическая категория, образуемая двумя рядами противопоставленных друг другу форм с морфологическими значениями положительной и сравнительной степени. Качественные прилагательные имеют две степени сравнения: сравнительную и превосходную. Что касается так называемой положительной степени, то она является исходной формой для образования основных степеней сравнения. Прилагательные в «положительной степени» не содержат в своём значении сравнения, они характеризуют качество безотносительно. Ср.: умный человек — Этот человек умнее многих;

Имя прилагательное в сравнительной степени обозначает качество, характерное для данного предмета в большей или меньшей мере по сравнению с теми же качествами в других предметах, а также по сравнению с качествами, которыми данный предмет обладал ранее или будет обладать в дальнейшем. Например: Он стал рассеяннее.

Имя прилагательное в превосходной степени указывает на самую высокую степень качества в предмете по сравнению с теми же качествами в других подобных предметах. Например: самый умный человек; Таким образом, форма превосходной степени может употребляться как средство сравнения какого-то качества только в однородных, подобных один другому предметах (например: Из всех присутствующих это был самый заметный человек), тогда как форма сравнительной степени является средством сравнения какого-то качества или одного и того же лица, предмета в разное время его существования (например: Он теперь спокойнее, чем прежде) или самых разновидных предметов (например: Дом оказался выше башни).

Прилагательные, употребляемые в синтетической форме сравнения, не изменяются по родам, числам и падежам, они не согласуются с именами существительными.

Отдельные прилагательные, например громоздкий, дружеский, деловой, жестокий, запустелый, колкий и другие, не имеют синтетической формы степени сравнения. От них может быть образована форма степени сравнения лишь аналитически. Например: более дружеский. Отдельные прилагательные образуют формы супплетивно, то есть от других корней: хороший — лучше, плохой — хуже.

Формы превосходной степени качественных имён прилагательных также бывают синтетическими и аналитическими.

2) значение высшей степени качества по сравнению с другими. Это значение сходно со значением описательной формы превосходной степени, образованной при помощи слов самый и др. Иначе это значение называется суперлятивом (лат. superlativus — превосходная степень). Например: сильнейший из борцов и др.;

3) значение сравнительной степени. Например: Образ Пушкина является в новом и ещё лучезарнейшем свете (Бел.). Это значение для современного языка нехарактерно. Однако оно сохранилось в отдельных оборотах типа: при ближайшем рассмотрении;

Сложные формы превосходной степени образуются двояким способом: во-первых, при помощи дополнительных слов самый, наиболее, наименее, прибавляемых к исходной форме прилагательных (самый/ наиболее/ наименее известный и т. д.); во-вторых, путём прибавления слов всех, всего к форме сравнительной степени (всех ближе, всего дороже и т. п.).

Языки со «слабой» морфологией

Не все языки, однако, обладают столь же «монолитными» словами, как русский и подобные ему. Существуют разнообразные типы отклонений от «словесного эталона».

Прежде всего, во многих языках части слова проявляют тенденцию к большей самостоятельности, что делает границу между словом и морфемой менее чёткой. Так, морфемы могут опускаться подобно существительным и предлогам в примере (2) — это явление называется «групповой флексией»; в ряде случаев позиция морфем в слове также оказывается несколько более подвижной, чем в языках с жёсткими правилами. Повышенная самостоятельность морфем характерна для так называемых слабо-агглютинативных языков (к каковым относятся тюркские, японский, бирманский, дравидийские и др.); в языках такого типа комплексы морфем (слова) и комплексы слов (предложения) часто могут быть описаны в сходных или близких терминах. Это языки, где морфология в собственном смысле уступает место «морфосинтаксису».

С другой стороны, морфосинтаксис вместо морфологии предпочтителен и для таких языков, в которых, наоборот, не морфемы ведут себя как слова, а предложения ведут себя как слова. Иными словами, в этих языках также плохо различаются внутрисловные и межсловные связи, но не за счёт слабой скреплённости морфем друг с другом, а за счёт более сильной скреплённости слов друг с другом. Фактически, межсловные связи в подобных языках столь сильны, что это приводит к образованию слов-предложений значительной длины. Языки такого типа часто называются «полисинтетическими»; к признакам полисинтетизма относится склонность к образованию сложных слов (особенно глагольных комплексов, включающих подлежащее и дополнения — так называемая инкорпорация), а также склонность к чередованиям на межсловной границе, затрудняющим отделение одного слова от другого. Словосложение и особенно инкорпорация свойственны многим языкам циркумполярной зоны — эскимосским и чукотско-камчатским, а также многим языкам американских индейцев (распространённым как на Севере, так и в Центральной Америке и в бассейне Амазонки). Чередования на межсловных границах также свойственным многим языкам американских индейцев; являются они и яркой чертой санскрита.

Второй тип отклонений от словесного эталона связан не со слабостью межморфемных границ (как в агглютинативных языках), а скорее с отсутствием морфемных комплексов как таковых. Это — наиболее яркая черта так называемых изолирующих, или аморфных языков, в которых нет или практически нет противопоставления между корнями и аффиксами: всякая морфема является корнем и способна к самостоятельному употреблению; показателей же грамматических значений в таких языках практически нет. Таким образом, единственные морфемные комплексы, которые в таких языках могут возникать — это сложные слова, которые часто бывает трудно отличить от сочетаний слов. Можно сказать, что в изолирующих языках слово просто равно морфеме, а предложения строятся не из слов, а сразу из морфем. Таким образом, и в этих языках слово как самостоятельное образование отсутствует, и грамматика фактически сводится к тому же морфосинтаксису (то есть синтаксису морфем). К изолирующим языкам относится довольно значительное количество языков мира: это вьетнамский, тайский и другие языки Юго-Восточной Азии, а также ряд языков Западной Африки: йоруба, эве, акан, манинка и др.

Сказанное об изолирующих языках может быть применено и к так называемым аналитическим языкам, то есть к таким языкам, где, в отличие от изолирующих, имеются грамматические показатели, но эти показатели являются самостоятельными словами, а не морфемами (аффиксами). Грамматические значения в аналитических языках выражаются синтаксически (с помощью разного рода конструкций), а в морфологически неэлементарных словах необходимости не возникает. Аналитическая грамматика характерна для многих языков Океании (особенно полинезийских), для ряда крупных языков Западной Африки (хауса, сонгай); сильные элементы аналитизма имеются в новых индоевропейских языках (французский, английский, скандинавские, современный персидский).

Таким образом, можно сказать, что морфология далеко не универсальна — по крайней мере, далеко не для всех языков морфологический (или «словесный») компонент описания одинаково важен. Все зависит от того, насколько чётко в данном языке выделяются словоформы.

Традиции описания морфологии

Следует также отметить, что в разных лингвистических традициях объём и характер задач морфологического компонента описания может различаться. Так, иногда в морфологию вовсе не включают грамматическую семантику, оставляя за ней лишь описание звуковой оболочки морфем, правил чередования и правил линейного расположения морфем в словоформе (эта область часто называется морфонологией, что подчёркивает её особенно тесную связь с описанием звуковой стороны языка). Если учесть, что некоторые грамматические теории включают морфонологию в фонологию, то не покажется парадоксальным существование таких описаний языка, где синтаксис начинается, так сказать, сразу за фонологией. Такой язык не обязательно относится к изолирующим или аналитическим — подобная структура грамматического описания может быть вызвана и особенностями теоретических взглядов автора.

Далее, грамматическая семантика в разные теории морфологии также включается в разном объёме. Наиболее принято рассмотрение в рамках морфологии словоизменительных грамматических значений; такое понимание морфологии, при котором она фактически сводится к формальному и содержательному описанию парадигм склонения и спряжения, было свойственно ещё античной грамматической традиции и унаследовано большинством европейских лингвистических школ. При этом следует все же учесть, что вплоть до начала XX века, а нередко и позже, раздел «морфология» традиционной описательной грамматики содержал только сведения о правилах образования соответствующих грамматических форм, а сведения об их значении следовало искать в разделе «употребление падежных (resp., временных) форм», который входил в синтаксическую часть описания. В современных грамматиках информацию о значении морфологических грамматических категорий уже практически безоговорочно принято помещать в морфологическую часть.

Более сложным оставалось положение словообразовательных значений, которые в классических индоевропейских языках (служивших базой для европейской лингвистической традиции) не образуют парадигм и отличаются меньшей системностью и регулярностью, чем словоизменительные значения. На этом основании описание словообразование долгое время не считалось задачей морфологии, а либо включалось в лексикологию (то есть считалось чисто словарной задачей, требующей индивидуального описания каждого слова), либо выделялось в отдельную область, промежуточную между морфологией и лексикой. Именно так трактуется словообразование и во всех существующих Академических грамматиках русского языка: согласно концепции авторов этих грамматик, морфология включает только описание словоизменения, правда, как в формальном, так и в содержательном аспекте.

Такой взгляд на словообразование может быть в какой-то степени мотивирован особенностями словообразования отдельных языков, но он не может претендовать на универсальность. Существуют языки, в которых словоизменение и словообразование противопоставлены весьма слабо (таково большинство агглютинативных языков); кроме того, существуют языки, в которых словоизменительная морфология отсутствует (выражаясь, например, аналитическими средствами), а словообразовательная морфология развита. Для всех таких языков исключение словообразования из морфологического компонента нецелесообразно, а часто и практически невыполнимо. Поэтому в современных теориях языка все-таки наиболее распространена концепция, согласно которой в морфологию включается описание всех значений, для выражения которых применяются внутрисловные механизмы (аффиксация, чередования, и т. п.), независимо от их грамматического статуса.

История морфологии

Если грамматическая семантика является относительно молодой областью лингвистики (цельные концепции грамматического значения начинают появляться только в 50-60 гг. XX в.), то формальная морфология является одной из наиболее традиционных областей науки о языке. Различные концепции формальной морфологии (часто с включением и незначительных элементов грамматической семантики) были выработаны и в древнеиндийской, и в античной, и в арабской грамматических традициях. (Характерно, конечно, что все эти традиции опирались на языки с богатым морфологическим репертуаром.) Так, к античной традиции восходят такие понятия, как «часть речи», «парадигма», «склонение», «спряжение», «категория»; к арабской традиции — понятие корня, к древнеиндийской традиции — многие элементы теории звуковых чередований и морфологического варьирования. Однако сами термины «морфология» и «морфема» (как основная единица морфологического уровня) возникают только во второй половине XIX в.: термин «морфология» (нем. Morphologie, Formenlehre ), первоначально изобретённый великим немецким поэтом и философом Гёте для описания «форм» живой и неживой природы (и с тех пор успешно используемый во многих естественных науках и до сих пор), был заимствован лингвистами в период господства так называемого «натуралистического» направления в языкознании, сторонники которого (Август Шлейхер и др.) считали, что язык следует описывать по аналогии с живыми организмами. До этого соответствующие разделы описательных грамматик обычно носили название «этимология». Термин же «морфема» (в значении, близком к современному) был предложен ещё на несколько десятилетий позже — в конце XIX века — известным российско-польским лингвистом И. А. Бодуэном де Куртенэ.

1920—1950-е гг. — разработка морфологии в рамках структурализма и особенно дескриптивизма. Методика выделения морфем и алломорфов. Разработка морфонологии.

1950—1970-е — формальные алгоритмизируемые модели морфологии языков мира (для русского языка — «Русское именное словоизменение» и Грамматический словарь русского языка А. А. Зализняка). Морфология в генеративизме.

1980—2000-е — парадигматические модели морфологии. Обобщения относительно порядка морфем в словоформе (Дж. Байби). Разработка на новом уровне грамматической типологии, теории грамматикализации.

Источник

Морфология

Библиография:
см. Грамматика, Стилистика, Язык. О морфологии яз. отдельных писателей и стилей см. соответствующие статьи.

Полезное

Смотреть что такое «Морфология» в других словарях:

МОРФОЛОГИЯ — (греч., от morphe вид, и lego говорю). 1) учение о форме органических тел и их частей. 2) часть грамматики, рассматривающая слово со стороны его формального состава. Словарь иностранных слов, вошедших в состав русского языка. Чудинов А.Н., 1910.… … Словарь иностранных слов русского языка

МОРФОЛОГИЯ — (от греческого morphe форма и. логия) в биологии, наука о форме и строении организмов. Морфология животных и человека включает анатомию, эмбриологию, гистологию, цитологию; морфология растений исследует закономерности их строения и… … Современная энциклопедия

МОРФОЛОГИЯ — МОРФОЛОГИЯ, морфологии, мн. нет, жен. (от греч. morphe форма и logos Учение). 1. Учение о строении организмов (растений, животных). Морфология растений. Морфология животных. || Строение организмов. 2. Отдел языковедения, изучающий формы слов… … Толковый словарь Ушакова

Морфология — растений отрасль ботаники наука о формах растений. Вовсей своей обширности, эта часть науки заключает в себе не толькоисследование внешних форм растительных организмов, но также анатомиюрастений (морфология клеточки) и систематику их (см.),… … Энциклопедия Брокгауза и Ефрона

МОРФОЛОГИЯ — (от греч. morphe форма и logos – учение) учение о форме, наука о динамически целостных формах, особенно формах живых существ и их развитии. Понятие морфологии введено впервые Гёте для обозначения учения о форме, образовании и преобразовании… … Философская энциклопедия

морфология — строение, форма Словарь русских синонимов. морфология сущ., кол во синонимов: 6 • биология (73) • … Словарь синонимов

МОРФОЛОГИЯ — (от греч. morphe форма и logos наука), учение о форме и строении организмов как в их нормальном, так и пат. состоянии. Термин введен в биологию В. Гёте. Закономерности М. в основном вскрываются на основе изучения онто и филогенетического развития … Большая медицинская энциклопедия

МОРФОЛОГИЯ — в языкознании: 1) часть грамматического строя языка грамматические классы слов, а также принадлежащие этим классам грамматические категории и формы слов; основные единицы морфологии слово с его грамматическими изменениями и грамматическими… … Современная энциклопедия

МОРФОЛОГИЯ — в языкознании 1) часть языковой системы, объединяющая слова как носители грамматических значений, их грамматические классы, законы их существования и формообразования.2) Раздел грамматики, изучающий эту часть языковой системы … Большой Энциклопедический словарь

Источник

МОРФОЛОГИЯ

Смотреть что такое «МОРФОЛОГИЯ» в других словарях:

Морфология — (греческ. «учение о формах») введенный лингвистами XIX в. термин для обозначения того раздела языковедения (см.), к рый в грамматике более ранних эпох носил название этимологии. Выделенный по соображениям прикладного характера (методическое… … Литературная энциклопедия

Источник

МОРФОЛОГИЯ

Полезное

Смотреть что такое «МОРФОЛОГИЯ» в других словарях:

Читайте также: когда используют 97 счет

Источник

Морфология

(от греч. μορφή форма и λόγος — слово, учение) — 1) система механизмов языка, обеспечивающая построение и понимание его словоформ; 2) раздел грамматики, изучающий закономерности функционирования и развития этой системы.

Объём понятия «морфология» трактуется в различных концепциях по-разному. Согласно одной из наиболее распространённых точек зрения, морфология изучает структуру значимых единиц языка, по протяжённости не превышающих синтагматического слова (или словоформы). Максимальная единица морфологии — словоформа — является вместе с тем минимальной единицей синтаксиса.

Главное основание для выделения морфологии в качестве особого раздела грамматики — членимость словоформы на меньшие знаковые единицы, называемые морфемами, морфами или монемами: означаемое словоформы членится на меньшие означаемые, а её означающее — на меньшие означающие. Морфология, таким образом, обеспечивает «поморфемное» соотнесение компонентов внутренней (содержательной) стороны словоформы с компонентами её внешней (звуковой) стороны, причём нацеленность морфологии на передачу значений именно служебными элементами (а не корнями) отличает морфологию от лексикологии (в центре внимания которой, напротив, значения корней и целых слов — ср. Лексическое значение слова).

Традиционное членение грамматики на морфологию (грамматику слова) и синтаксис (грамматику словосочетания, предложения), в целесообразности которого сомневались Ф. де Соссюр, Л. Ельмслев, З. З. Харрис, Ч. Ф. Хоккет, не обладает абсолютной и универсальной значимостью. Важнее всего оно для языков с чёткой структурной противопоставленностью слова и морфемы (см. Синтетизм) и по мере нарастания аналитизма теряет свою ценность. Поэтому в описаниях языков с бедной морфологией (английский, современный китайский, индонезийский, многие тибето-бирманские языки и др.) морфология как раздел грамматики отходит на задний план, а для аморфных («корневых») языков (древнекитайский, современный тайские, вьетнамский, йоруба, пиджин-инглиш) значимость морфологии практически сводится к нулю (если не считать сложения, трактуемого либо как словосложение, либо как морфемосложение). Кроме того, для ряда агглютинативных языков (японский, дравидийские, марийский) трудно отличить аффиксы от служебных слов, одни и те же единицы квалифицируются то как «неотделимые частицы», то как «подвижные» («мобильные») аффиксы. Линейная расстановка таких служебных морфем более адекватно описывается методами синтаксиса, чем традиционными методами морфологии.

Существует также расширительное понимание морфологии как «науки о формах» (в соответствии с внутренней формой и этимологией самого термина «морфология»). Понятие формы при этом охватывает любые (а не только внутрисловные) средства выражения, рассматриваемые в их формальном (внешнем) аспекте (Г. Пауль, Г. Суит, А. Нурен, В. Матезиус, отчасти О. Есперсен), распространяясь даже на служебные слова, порядок слов, интонацию (Ж. Вандриес, Хоккет, Харрис). Ряд авторов считают возможным в этом случае говорить о «нефлективной» («аналитической», «внешней», «синтаксической») морфологии (В. М. Жирмунский, С. Д. Кацнельсон, М. И. Стеблин-Каменский). При таком понимании морфологии к ней относятся, в частности, так называемые аналитические формы, комплексы типа немецких глаголов с отделяемыми приставками или русских сочетаний «ни для кого», «ни с чем», «друг за другом». Таким образом, в этом случае сфера морфологии расширяется за счёт сужения области синтаксиса.

Различают общую (теоретическую) морфологию и частные морфологии отдельных языков. В задачи общей морфологии обычно включается инвентаризация морфологических способов, применяемых в языках мира, и морфологических значений, ими выражаемых, а также типов формально-смысловых отношений между знаками. Явления асимметрии морфологического знака (см. Знак языковой), а также функциональное расслоение знаков на корневые и служебные делает целесообразным самостоятельное изучение относительно автономных односторонних компонентов формы («формативов», «субморфов») или значения («сем»).

Значения, выражаемые служебными элементами, делятся, во-первых, на семантические («номинативные») и синтаксические («реляционные») и, во-вторых, на словообразовательные (≈ «классификационные», «деривационные», «дериватемы») и словоизменительные («грамматические», «флективные», «граммемы»). Второе различение делит морфологию («морфологию в широком смысле») на две основные области — словообразование («лексическую морфологию») и словоизменение («парадигматику», «грамматическую морфологию»). Иногда, однако, под собственно морфологией понимается только словоизменение (образование форм слова), т. е. способность лексемы выступать в различных грамматических формах, составляющих её парадигму. Как правило, у любой лексемы выделяется постоянная часть — основа — и переменная часть — набор флексий данной лексемы.

Изучение грамматических значений, их оппозиций, выявление первичных и вторичных функций граммем (Е. Курилович), закономерностей употребления граммем, нейтрализации, десемантизации, транспозиции, поиск инвариантных дифференциальных признаков и компонентный анализ граммем (см. Компонентного анализа метод) не могут быть адекватно осуществлены в рамках собственно морфологии и составляют предмет самостоятельной дисциплины — грамматической семантики. Нередко, однако, этот раздел грамматики включается в морфологию (В. В. Виноградов, В. А. Плотникова, В. Г. Гак), некоторые исследователи выделяют эту проблематику в особый раздел морфологии, называя его функциональной морфологией (А. В. Бондарко и другие).

Раздел морфологии, изучающий формальные закономерности построения лексем и словоформ из морфем, а также внутреннюю структуру морфем, рассматриваемых в плане выражения, иногда называют морфемикой. Это в известном смысле центральный и наиболее бесспорный раздел морфологии. При «узкоформальном» подходе объём морфологии сводится к морфемике (у А. Мартине даже более узко — фактически к морфонологии). Раздел морфологии, изучающий структуру формативов, формальные закономерности их сочетаемости («тактики») и контекстно-обусловленное варьирование фонемной структуры их контекстных представителей («морфофонемику»), называют морфонологией.

Различные языки неодинаковы по технике сочетания и звукового варьирования формативов (см. Типологическая классификация языков). Фузионные языки, имеющие богатые морфонологические механизмы (чередования, сандхи), как правило, обладают и развитой морфологией (см. Флективность). Языки с агглютинацией обычно характеризуются более простой морфонологией (см. Сингармонизм) и соответственно более бедной морфологией.

Историческая морфология (в частности, сравнительно-историческая) изучает изменения форм и значения отдельных морфем, историческое развитие структуры слова, перераспределение звукового материала и компонентов значения между морфемами (опрощение, переразложение), выравнивание по аналогии, возникновение новых и исчезновение (отмирание) старых грамматических категорий, изменение количества граммем и отношений между ними.

В исследовании морфологии применяются различные методы, например методы дистрибутивного анализа и лингвистической дешифровки (Харрис), а также экспериментальные методы, широко использующие такие приёмы, как добавление, опущение, замещение («субституция», «коммутация») (Л. Блумфилд, Ч. Фриз, А. М. Пешковский, Лу Чживэй, Дж. Х. Гринберг и другие), анализ по непосредственным составляющим, трансформационный метод (см. Метод в языкознании). Важное место в теоретической морфологии занимают поиски морфологических универсалий и фреквенталий (явлений, свойственных не всем, но многим языкам), а также тенденций функционирования и развития морфологической структуры слова, свойственных всем или многим языкам (Гринберг, Б. А. Успенский, Б. А. Серебренников, С. Е. Яхонтов). Разработка многоуровневых моделей языка (см. Модель в языкознании), устанавливающих правила поэтапного перехода от фонетической (или графической) субстанции к семантической и обратно через ряд промежуточных уровней представления, даёт возможность сформулировать задачу частной (описательной) морфологии как эксплицитное установление соответствий между глубинно-морфологическим представлением словоформ (например, «СТОЛ род. мн.») и их фонологической (или графической) репрезентацией (например, «столов»). Метод постулирования условной (глубинной) морфонологической транскрипции словоформ и формулировки правил перехода от этой исходной репрезентации (условного представления) к фонетической записи, восходящий к грамматике Панини, был развит в классических работах Блумфилда и Р. О. Якобсона, а затем усовершенствован в советских и зарубежных исследованиях по трансформационной грамматике.

Морфология как раздел описательной грамматики возникает одновременно с рождением античной языковедческой традиции — складываются противопоставления исходной формы слова (в античной языковедческой традиции — «субстанции») и его парадигмы («акциденций»), аналогии и аномалии; создаётся и надолго закрепляется традиционная номенклатура частей речи и грамматических категорий. В эпоху Возрождения начинает вырабатываться система понятий, относящихся к структуре слова («корень», «аффикс», «суффикс» в древнееврейской грамматике И. Рейхлина, 1506). Термин «морфология», создание которого связывают с именем И. В. Гёте, употреблялся первоначально применительно к разделу биологии, изучающему «формы» живых организмов. В 19 в. он получает распространение и в лингвистике, находившейся тогда под сильным влиянием эволюционной биологии (ранее в этом значении употреблялся термин «этимология»). Возникновение сравнительно-исторического языкознания и научной этимологии, тщательная обработка огромного языкового материала у младограмматиков (см. Младограмматизм) подготовили почву для теоретического осмысления основных понятий морфологии в структурной лингвистике 20 в.

В отечественном языкознании большое внимание уделяется поискам объективных («формальных») критериев разграничения и классификации единиц морфологии; большую роль в этом сыграли работы Ф. Ф. Фортунатова и его учеников — Н. Н. Дурново, Д. Н. Ушакова, М. Н. Петерсона, Г. О. Винокура, Пешковского, а также дискуссия между сторонниками «формальной грамматики» (последователями Фортунатова) и её критиками (Л. В. Щерба, Виноградов) о соотношении «формальных классов» слов и частей речи (см. Московская фортунатовская школа). Фортунатовские традиции изучения морфологии (учение о грамматической форме, о соотношении словоизменения и словообразования) во многом были продолжены и развиты в 40—50‑х гг. 20 в. представителями «новомосковской школы» — В. Н. Сидоровым, П. С. Кузнецовым, А. А. Реформатским.

Существенный вклад внесли советские исследователи в решение проблемы синтагматической и парадигматической идентификации единиц морфологии — слова (А. И. Смирницкий, Кузнецов, Ю. С. Маслов, Яхонтов) и морфемы (Г. А. Климов, Н. Д. Арутюнова, Е. С. Кубрякова). Принципы морфологического анализа на материале «дефектно членимых» слов русского языка разрабатывались в работах Винокура и Смирницкого, позднее — М. В. Панова, применительно к материалу английского языка соответствующие вопросы рассматривались в дескриптивной лингвистике (см. Дескриптивная лингвистика). В работах А. А. Зализняка «Русское именное словоизменение» (1967) и «Грамматический словарь русского языка» (1977), основанных на применении точных методов в описании русской морфологии, созданы системы правил, позволяющих построить полную парадигму любого слова русского языка.

Т. В. Булыгина, С. А. Крылов.

Источник

МОРФОЛОГИЯ

4) Разработка общей теории морфоло-гич. моделей, к-рые создаются частными М., в т. ч. построение системы понятий, установление критериев морфологич. членимости словоформ, определение типов морфологич. правил и т. п.

Задача частной М. состоит в создании на базе принципов, выдвигаемых общей М., морфологич. модели данного языка, отражающей объективно существующие в мозгу носителей языка закономерности и представляющей собой систему правил, задающих соответствие между означающим любой словоформы и спец. абстрактным её описанием (глу-бинно-морфологич. представлением).

Лит.: Реформатский А. А., Введение в языковедение, 4 изд., М., 1967; 3 а-л и з н я к А. А., Русское именное словоизменение, М., 1967; Блумфилд Л., Язык, пер. с англ., М., 1968; Е с ь к о в а Н. А., Мельчук И. А., Санников В. 3., Формальная модель русской морфологии, т. 1, ч. 1. Формообразование существительных и прилагательных, М., 1971; Виноградов В. В., Русский язык. (Грамматическое учение о слове), М., 1972; Общее языкознание. Внутренняя структура языка, М., 1972; Кубрякова Е. С., Основы морфологического анализа, М., 1974; Н о с-k e t t Ch. F., A course in modern linguistics, N. Y., 1959; N i d a E., Morphology. The descriptive analysis of words, 2 ed., Ann Arbor, 1965; Harris Z. S., Structural lin-‘guistics, Chi.-L., 1963.

Смотреть что такое МОРФОЛОГИЯ в других словарях:

МОРФОЛОГИЯ

отдел грамматики, рассматривающий слово со стороны его формального состава. Распадается на два отдела: А) учение об образовании основ (образование слож. смотреть

МОРФОЛОГИЯ

морфология 1. ж. 1) Научная дисциплина, изучающая форму и строение организмов. 2) Строение организмов, отдельных органов, минералов, почв. 2. ж. 1) Раздел грамматики какого-л. языка, изучающий части речи, их категории и формы слов. 2) Принадлежащая какому-л. языку система частей речи, их категорий и форм слов.

МОРФОЛОГИЯ

морфология ж. (в разн. знач.)morphology

МОРФОЛОГИЯ

(от греч. morphe’ — форма я logos — слово, учение) — 1) система механизмов языка, обеспечивающая построение и понимание его словоформ; 2) раздел грамматики, изучающий закономерности функционирования и развития этой системы. Объем понятия «М.» трактуется в разл. концепциях по-разному. Согласно одной из наиболее распространенных точек зрения, М. изучает структуру значимых единиц языка, по протяженности не превышающих синтагматич. слова (или словоформы). Максимальная единица М.— словоформа — является вместе с тем минимальной единицей синтаксиса. Гл. основание для выделения М. в качестве особого раздела грамматики — членимость словоформы на меньшие знаковые единицы, называемые морфемами, морфами или монемами: означаемое словоформы членится на меньшие означаемые, а ее означающее — на меньшие означающие. М.. т. о., обеспечивает «по-морфемное» соотнесение компонентов внутренней (содержательной) стороны словоформы с компонентами ее внешней (звуковой) стороны, причем нацеленность М. на передачу значений именно служебными элементами (а не корнями) отличает М. от лексикологии (в центре внимания к-рой, напротив, значения корней и целых слов — ср. Лексическое значение слова). Традиционное членение грамматики на М. (грамматику слова) и синтаксис (грамматику словосочетания, предложения), в целесообразности к-рого сомневались Ф. де Соссюр, Л. Ельмслев, 3. 3. Харрис, Ч. Ф. Хоккет, не обладает абсолютной и универсальной значимостью. Важнее всего оно для языков с четкой структурной противопоставленностью слова я морфемы (см. Синтетизм) и по мере нарастания аналитизма теряет свою ценность. Поэтому в описаниях языков с бедной М. (англ., совр. кит., индо-нез., мн. тибето-бирманские языки и др.) М. как раздел грамматики отходит на задний план, а для аморфных («корневых») языков (др.-кит., совр. тайские, Вьетнам., йоруба, пиджин-инглиш) значимость М. практически сводится к нулю (если не считать сложения, трактуемого либо как словосложение, либо как морфемосложение). Кроме того, для ряда агглютинативных языков (япон., дравидийские, марийский) трудно отличить аффиксы от служебных слов: одни и те же единицы квалифицируются то как «неотделимые частицы», то как «подвижные» («мобильные») аффиксы. Линейная расстановка таких служебных морфем более адекватно описывается методами синтаксиса, чем традиционными методами М. Существует также расширительное понимание М. как «науки о формах» (в соответствии с внутр. формой и этимологией самого термина ). Значения, выражаемые служебными элементами, делятся, во-первых, на семантические («номинативные») и синтаксические («реляционные») и, во-вторых, иа словообразовательные (» «классификационные», «деривационные», «дери-ватемы») и словоизменительные («грам-матич.», «флективные», «граммемы»). Второе различение делит М. («М. в широком смысле») на две осн. области — словообразование («лексич. М.>) и словоизменение («парадигматику», «грам-матич. М.»). Иногда, однако, под собственно М. понимается только словоизменение (образование форм слова), т. е. способность лексемы выступать в разл. грамматич. формах, составляющих ее парадигму. Как правило, у любой лексемы выделяется постоянная часть — основа — и переменная часть — набор флексий данной лексемы. Изучение грамматич. значений, их оппозиций, выявление первичных и вторичных функций граммем (Е. Курилович), закономерностей употребления граммем, нейтрализации, десемантизации, транспозиции, поиск инвариантных дифференциальных признаков н компонентный анализ граммем (см. Компонентного анализа метод) не могут быть адекватно осуществлены в рамках собственно М. и составляют предмет самостоят, дисциплины — грамматич. се мант и-к и. Нередко, однако, этот раздел грамматики включается в М. (В. В. Виноградов, В. А. Плотникова, В. Г. Гак), нек-рые исследователи выделяют эту проблематику в особый раздел М., называя его функциональнойМ. (А. В. Бонда рко и др.). Раздел М., изучающий формальные закономерности построения лексем и словоформ из морфем, а также внутр. структуру морфем, рассматриваемых в плане выражения, иногда называют морфеми-кой. Это в известном смысле центральный и наиболее бесспорный раздел М. При «узкоформальном» подходе объем М. сводится к морфемике (у А. Мартине даже более узко — фактически к морфонологии). Раздел М., изучающий структуру формативов, формальные закономерности 314 МОРФОЛОГИЯ их сочетаемости («тактики») н контекстно-обусловленное варьирование фонемной структуры их контекстных представителей («морфофонемику»), называют морфонологией. Разл. языки неодинаковы по технике сочетания и звукового варьирования формативов (см. Типологическая классификация языков). Фузионные языки, имеющие богатые морфонология, механизмы (чередования, сандхи), как правило, обладают и развитой М. (см. Флектив-ностъ). Языки с агглютинацией обычно характеризуются более простой морфонологией (см. Сингармонизм) и соответственно более бедной М. Историческая М. (в частности, сравнит.-историческая) изучает изменения форм и значения отд. морфем, ист. развитие структуры слова, перераспределение звукового материала и компонентов значения между морфемами (опрощение, переразложение), выравнивание по аналогии, возникновение новых и исчезновение (отмирание) старых грамматич. категорий, изменение кол-ва граммем и отношений между ними. В исследовании М. применяются разл. методы, напр. методы дистрибутивного анализа и лингвистич. дешифровки (Харрис), а также экспериментальные методы, широко использующие такие приемы, как добавление, опущение, замещение («субституция», «коммутация») (Л. Блумфилд, Ч. Фриз, А. М. Пешков-ский, Лу Чживэй, Дж. X. Гринберг и др.), анализ по непосредственным составляющим, трансформационный метод (см. Метод в языкознании). Важное место в теоретич. М. занимают поиски морфологич. универсалий и фреквенталий (явлений, свойственных не всем, но мн. языкам), а также тенденций функционирования и развития морфологич. структуры слова, свойственных всем или мн. языкам (Гринберг, Б. А. Успенский, Б. А. Серебренников, С. Е. Яхонтов). Разработка многоуровневых моделей языка (см. Модель в языкознании), устанавливающих правила поэтапного перехода от фонетич. (или графич.) субстанции к семантической и обратно через ряд промежуточных уровней представления, дает возможность сформулировать задачу частной (описат.) М. как эксплицитное установление соответствий между глубинно-морфологич. представлением словоформ (напр., «СТОЛ род. мн. >) и их фонологич. (или графич.) репрезентацией (напр., «столов»). Метод постулирования условной (глубинной) морфонологич. транскрипции словоформ и формулировки правил перехода от этой исходной репрезентации (условного представления) к фонетич. записи, восходящий к грамматике Панини, был развит в классич. работах Блумфилда и Р. О. Якобсона, а затем усовершенствован в сов. и зарубежных исследованиях по трансформационной грамматике. М. как раздел описат. грамматики возникает одновременно с рождением античной языковедческой традиции — складываются противопоставления исходной формы слова (в антич. языковедч. традиции — «субстанции») и его парадигмы («акциденций»), аналогии н аномалии; создается и надолго закрепляется традиционная номенклатура частей речи и грамматических категорий. В эпоху Возрождения начинает вырабатываться система понятий, относящихся к структуре слова («корень», «аффикс», «суффикс» в др.-евр. грамматике И. Рейхли-на, 1506). Термин «М.», создание к-рого связывают с именем И. В. Гёте, употреб- лялся первоначально применительно к разделу биологии, изучающему «формы» живых организмов. В 19 в. он получает распространение и в лингвистике, находившейся тогда под сильным влиянием эволюционной биологии (ранее в этом значении употреблялся термин «этимология»). Возникновение сравнительно-исторического языкознания и науч. этимологии, тщательная обработка огромного языкового материала у младограмматиков (см. Младограмматизм) подготовили почву для теоретич. осмысления осн. понятий М. в структурной лингвистике 20 в. В отечеств, яз-знании большое внимание уделяется поискам объективных («формальных») критериев разграничения и классификации единиц М.°, большую роль в этом сыграли работы Ф. Ф. Фортунатова и его учеников — Н. Н. Дурново, Д. Н. Ушакова, М. Н. Петерсона, Г. О. Винокура, Пеш-ковского, а также дискуссия между сторонниками «формальной грамматики» (последователями Фортунатова) и ее критиками (Л. В. Щерба, Виноградов) о соотношении «формальных классов» слов и частей речи (см. Московская фортунатовская школа). Фортунатовские традиции изучения М. (учение о грамматический форме, о соотношении словоизменения и словообразования) во многом были продолжены и развиты в 40— 50-х гг. 20 в. представителями «новомосковской школы» — В. Н. Сидоровым, П. С. Кузнецовым, А. А. Реформатским. Существ, вклад внесли сов. исследователи в решение проблемы синтагматич. и парадигматич. идентификации единиц М.— слова (А. И. Смирннцкий, Кузнецов, Ю. С. Маслов, Яхонтов) и морфемы (Г. А. Климов, Н. Д. Арутюнова, Е. С. Кубрякова). Принципы морфологич. анализа на материале «дефектно членимых» слов рус. яз. разрабатывались в работах Винокура и Смирницкого, позднее — М. В. Панова, применительно к материалу англ. яз. соотв. вопросы рассматривались в дескриптивной лингвистике (см. Дескриптивная лингвистика). В работах А. А. Зализняка «Русское именное словоизменение» (1967) и «Грамматический словарь русского языка» (1977), основанных на применении точных методов в описании рус. М., созданы системы правил, позволяющих построить полную парадигму любого слова рус. яз. # Ду р н о в о Н. Н., Грамматич. словарь, М.—П., 1924; Виноградов В. В., Рус. язык. (Грамматич. учение о слове), М.— Л., 1947. Знэд.,М., 1986; СмнрницкнйА.И., Морфология англ. языка, М., 1959: Кузнецов П. С О принципах изучения грамматики, М., 1961; Зализняк Л. Л., Рус. именное словоизменение, М.. 1967; его же, Грамматич. словарь рус. языка, 2 изд., М., 1980; Блумфилд Л., Язык, пер. с англ., М., 1968: Арутюнова Н.Д.. Булы-ги н а Т. В., Морфология, в кн.: Общее яэ-энанне, т. 2. Внутр. структура языка, М., 1972; Соссюр ф. де. Морфология, в кн.: Мегодологнч. проблемы истории дознания, М., 1974; Кубрякова Е. С, Основы морфологич. анализа. М., 1974; Поливанова А. К., Исчисление правильных морфологич. структур рус. языка, в кн.: Семиотика и информатика, в. 6, М., 1975; Маслов Ю. С, Введение в яэ-зна-ние, М., 1975; К а с е в и ч В. Б., Элементы общей лингвистики, М., 1977; Б у л ы г и-н а Т. В., Проблемы теории морфологич. моделей, М., 1977; Никитина С. Е., Тезаурус по теоретич. и прикладной лингвистике, М., 1978; Л а й о н з Д ж., Введение в теоретич. лингвистику, пер. с англ., М., 1978; Реформатский А. А., Морфология, в его кн.: Очерки по морфологии, фонологии и морфонологии, М., 1978; Б и д е р И. Г., Большаков И. А., Е с ь к о •• в а Н. Л., формальная модель рус. морфологии, в. 1—2, М., 1978; Г а к В. Г., Теоре-тнч. грамматика франц. языка. Морфология, М., 1979; Рус. грамматика, т. 1—2, М., 1980; N i d a E.. Morphology. 2 ed., Ann Arbor, [1965]; Matthews P. H., Inflectional morphology, Camb., 1972; его же. Morphology, Camb., 1974; Morphologic und generative Grammatik, Fr./M., 1975; Universals of human language, v. 3, Word structure ed. by J. Greenberg, Stanford, 1978; В у bee J. L., Morphology. A study of the relation between meaning and form, Amst,— Phil., 1985; Bibliography of Morphology. 1960 — 1985, Amst.- Phil., 1988. Т. В. Булыгина. С. А. Крылов. смотреть

МОРФОЛОГИЯ

МОРФОЛОГИЯ (греческ. «учение о формах») — введенный лингвистами XIX в. термин для обозначения того раздела языковедения (см.), к-рый в граммати. смотреть

Источник